Его яростно горящие глаза метали молнии, брови как будто заиндевели, а потемневший взгляд не предвещал ничего хорошего.
— Не надо возносить меня на пьедестал, с которого я не могу спуститься, это недопустимо. Как может какая-то духовная школа, вроде Жуфэн, благодарить меня от имени всего мира? Кто дал вам такие полномочия?
— … – растянутые в подобострастной улыбке уголки рта Наньгун Лю даже не дрогнули. После небольшой паузы, он со смехом сказал, — только посмотрите на себя, вот зачем опять вы начинаете…
Сюэ Чжэнъюн знал, что отношения между Чу Ваньнином и Наньгун Лю никак нельзя назвать хорошими. Всему миру совершенствования было известно, что, когда Чу Ваньнину было пятнадцать лет, Наньгун Лю поклонился ему как почетному гостю и попросил стать приглашенным мастером в Духовной школе Жуфэн. Чу Ваньнин сладко ел и вкусно пил за счет школы, принимал щедрые подношения и жил в роскоши словно небожитель, однако через несколько лет внезапно вошел в главный зал школы Жуфэн и публично рассорился с Наньгун Лю. В процессе жаркого спора эти двое обменивались фразами, среди которых можно было расслышать отдельные слова: «озеро Цзиньчэн», «божественное оружие», «требование демона со дна озера», «моральные принципы», «хроническая болезнь», «супруга». Так или иначе, слышавшие этот разговор посторонние люди пришли в замешательство.
Однако всем невольным свидетелям было понятно, что Чу Ваньнин в ярости. В приступе гнева он вскочил с места и стукнул кулаком по столу.
«Ему тогда платили огромное содержание и каждый месяц преподносили не менее тысячи духовных камней и амулетов, но он не пожелал взять ничего, даже медяка не прихватил. Просто встал перед залом, на глазах у всех снял с пояса свою сумку цянькунь и отдал все деньги и ценности, что у него были, а потом, не проронив ни слова, с невозмутимым видом снял венец и отказался от должности приглашенного мастера. Этот нефритовый венец Наньгун Лю пожаловал ему как лучшему наставнику, а он распустил волосы и вернул его распорядителю церемоний Духовной школы Жуфэн».
…сейчас эту историю, захлебываясь от восторга, пересказывали сказители обоих Царств.
«Наньгун Лю потемнел лицом, но все же попытался погасить конфликт и снова обратился к образцовому наставнику Чу:
— Господин бессмертный, вы так долго и усердно работали на благо нашей школы. Даже если решили покинуть нас, мы должны с вами полностью рассчитаться, как было когда-то договорено. Мы не можем допустить распространения слухов о том, что Духовная школа Жуфэн ради своей выгоды использует людей.
На это образцовый наставник Чу ответил:
— Прежде я усердно служил этому дому только для того, чтобы отплатить госпоже Жун за доброту.