Все ее заученные слова о благородстве звучали так утомительно занудно и слащаво, что перед ним как будто снова появился Ло Фэнхуа с тем его абсурдным пожеланием:
«Я надеюсь, что вы на всю жизнь сохраните в сердцах этот свет юности и в будущем будете полагаться на свои достоинства, чтобы всегда оставаться благородными людьми».
…На всю жизнь благородными людьми.
…И правда, это даже звучит смешно.
Он стряхнул с веток мандарины, срубил мандариновое дерево и ушел, не оглядываясь, оставив девчонку рыдать во дворе. Однако это не смогло погасить горящее внутри него пламя, поэтому в тот вечер он устроил резню в близлежащей деревне. Рубя людей без разбора, он чувствовал, что с каждой отнятой жизнью все дальше отходит от образа «благородного человека», отчего его сердце все больше наполнялось радостью и удовлетворением.
После этого Сюй Шуанлинь покинул те места, рассчитывая в дальнейшем под чужим именем прожить до конца жизни.
Но очень скоро в чайной он услышал новость о том, что Ло Фэнхуа узурпировал власть и сам стал уважаемым главой Духовной школы Жуфэн.
Почти все посетители чайной активно включились в обсуждение этого события:
— Ох, кто бы мог подумать, а? Правильно в народе говорят: чужая душа — потемки[229.2].
— Бедный Наньгун Лю — поднимая восстание, он точно не предполагал, что «шьет свадебный наряд для другого».
— Должно быть, теперь он люто ненавидит своего отца-наставника?
— Этот Ло Фэнхуа и правда никчемный человечишка, раз алчность так легко затмила его рассудок и вычернила сердце.
Сюй Шуанлинь сидел за маленьким засаленным столиком небольшой чайной. Держа в руках чашку чая, он поднес ее к губам, но не выпил ни глотка, ошеломленно слушая их разговор.
Сердце забилось чаще, перед глазами на миг потемнело и, казалось, земля поменялась местами с небом.
Он даже представить себе не мог, что в итоге Ло Фэнхуа сделает такой выбор.
Этот человек предпочел нести бремя непонимания и ненависти, терпеть всеобщее осуждение и презрение.
Предпочел взять на себя чужое жестокое проклятье и каждое полнолуние до конца своих дней терпеть невыносимые мучения, когда смерть казалась лучше жизни.
После того как этот обоюдоострый меч оказался в его руках, Ло Фэнхуа не смог собственноручно вонзить его в сердце своего ученика.
В самом конце этой партии вэйци Сюй Шуанлинь допустил досадную ошибку.
Раздался звук неспешных шагов.
Сюй Шуанлинь очнулся от своих воспоминаний. Когда он открыл глаза, перед его затуманенным взором появилось лицо молодого человека.
На пустой и безмолвной Платформе Призыва Души Мо Жань подошел к нему и преклонил колено, чтобы пристально всмотреться в его лицо.