Хаски и его учитель белый кот. Том III — читать онлайн бесплатно полностью

А что же Чу Ваньнин?

Чу Ваньнину вдруг припомнилось, как на озере Цзиньчэн Ши Мэй жаждал стать хозяином божественного оружия, и как тяжело вздохнул, когда не смог его получить.

Кроме того случая, он не смог припомнить за ним никаких грехов.

Ши Мэй всегда был мягким, безупречным и послушным. Он был похож на первый снег, выпавший в начале зимы, — такой же белый и абсолютно чистый. Поэтому даже грязное пятнышко размером с лепесток цветка сливы на этой нетронутой белизне сразу бросалось в глаза и тревожило сердца людей.

Его ошибки, его нерешительность, его маленькие слабости и уступки собственным эгоистичным желаниям были ясно видны и незабываемы.

Но все же он был обычным человеком, а не каменной статуей или росписью на шелке, у него были свои тайные желания, чувства и привязанности.

Но никто никогда по-настоящему не понимал этого.

Для Сюэ Мэна Ши Мэй был другом-товарищем, который должен был всегда следовать за ним, составлять ему компанию, поддерживать его и во всем с ним соглашаться."

"Для Мо Жаня в прошлом Ши Мэй был объектом восхищения и обожания, так что, естественно, он воспринимал его как воплощение чистоты, терпения и доброты, считая абсолютно безупречным человеком.

Для Чу Ваньнина Ши Мэй был учеником, по характеру мягким, приятным в общении, терпеливым и покладистым. Его спокойствием, снисходительностью и умением сближаться с людьми он втайне восхищался и завидовал белой завистью.

И только в этот момент они вдруг осознали, что безмолвный Ши Мэй все это время был для Сюэ Мэна не столько близким другом, сколько преданным слугой, для Мо Жаня — киноварной родинкой на сердце, со временем ставшей лишь пятнышком крови от раздавленного комара на стене[232.1], а для Чу Ваньнина — самым неприметным и меньше всего достигшим личным учеником.

Единственное, кем он никогда не был, — это самим собой.

— У тебя есть последнее слово? — холодно усмехнувшись, спросил Хуа Биньань.

— Хуа Биньань, отпусти его!

— Не рань его!

— «Не рань его», легко сказать, а? — сказал Хуа Биньань. — Если бы вы все сдались без боя и просто смирились со своей участью, то его никчемная жизнь, конечно, была бы мне ни к чему.

— …

Формация перед Чу Ваньнином начала мерцать. Стало очевидно, что она почти достигла той высшей точки, после которой или будет навечно запечатана, или откроется, явив миру свою истинную форму. Еще немного, и все решится. Хотя руки Чу Ваньнина все еще уверенно изливали поток энергии, но, присмотревшись, можно было увидеть, что они едва заметно дрожат…

Это был не Адский Разлом, где на выбор всего одна секунда и нет времени на сомнения.

Сейчас, видя приставленный к шее своего ученика острый шип, Чу Ваньнин начал колебаться.