К тому же так адепты вашего ордена целителей смогут помочь людям, пораженным личинками сердечного червя, быстрее исцелиться.
— А что насчет тебя? — спросил Цзян Си.
— Учитель остался на горе. После того как вы покинете это место, я вернусь, чтобы помочь ему. Разобравшись с этим делом, мы снова встретимся в вашем ордене.
Цзян Си надолго замолчал. Наконец, он сложил руки в вежливом приветствии и, уважительно поклонившись Мо Жаню, сказал:
— Милостивый государь, жду нашей встречи в Гуюэе. Засим откланяюсь.
Когда раненые, искалеченные и уставшие люди во главе с Цзян Си приготовились покинуть это гиблое место, Мо Жань вдруг снова окликнул главу целителей Гуюэе:
— Глава Цзян!
— Что-то еще, образцовый наставник Мо?
— Барышня Е…
— Я понимаю. Этот Цзян никому не позволит снова причинить ей вред.
Только после того как он услышал это обещание, у Мо Жаня от сердца отлегло. Цзян Си и остальные заклинатели ушли довольно далеко, а люди Пика Сышэн еще даже не тронулись в путь. Сюэ Чжэнъюн долго топтался на месте, прежде чем, наконец, решился и сам подошел к Мо Жаню. Насупив брови, он хрипло произнес:
— Жань-эр, все-таки, что это было?
Мо Жань посмотрел на дядю, затем перевел взгляд на своего младшего двоюродного брата. Хотя его сердце сжалось от печали и боли, он все же нашел в себе силы натянуто улыбнуться и ответить:
— Это длинная история, в двух словах и не расскажешь. Дядя, забери Сюэ Мэна и идите вперед. После того, как я закончу здесь все дела, обязательно расскажу вам всю историю.
Однако огонь тревоги буквально сжигал сердце Сюэ Мэна изнутри, поэтому он категорически не желал ждать так долго.
— Нет, я хочу знать, — сказал он, — как так вышло, что ты человек из Духовной школы Жуфэн? Ты же вырос на Пике Сышэн, ты… ты…
Пока он много раз повторял это «ты», его глаза покраснели. Наконец, с большим трудом ему удалось выдавить лишь один короткий вопрос:
— Ты ведь мой старший брат, правда?
Мо Жань пристально посмотрел на него.
Сюэ Мэн дрожал. Хотя он изо всех сил старался сдерживать себя, но его все равно била нервная дрожь.
Такой растерянный и несчастный, он сейчас выглядел настолько жалко, что у Мо Жаня желчь поднялась к горлу. Неожиданно для себя он не смог подобрать правильных слов и, в конце концов, просто шагнул вперед и ободряюще хлопнул Сюэ Мэна по плечу:
— Когда я только пришел на Пик Сышэн, ты знать меня не хотел, — с горьким смехом сказал Мо Жань, не осмеливаясь снова заглянуть в широко открытые полные слез глаза Сюэ Мэна.
Эти глаза были слишком чистыми и слишком пылкими.
А он был таким грязным.
Он боялся.