— Не торопись, помедленнее, если не хватит, есть еще, — расстроенный до глубины души, Чу Ваньнин в изумлении и ужасе смотрел на грязную маленькую головку ребенка, склонившуюся над его ладонью. Такой душераздирающе жалкий, он словно дорвавшийся до воды мелкий зверек, жадно слизывал языком жидкую рисовую кашу с его руки.
— Откуда ты взялся?.. — не подумав, спросил он.
Но Мо Жань лишь тихо всхлипнул в ответ. Каша почти закончилась и только в линиях ладони осталось совсем немного жидкости. Конечно, он не мог оставить ее там и продолжил вылизывать ладонь этого сердобольного старшего братца, да так старательно, что Чу Ваньнин почувствовал невыносимую боль и зуд.
Зудела рука, а болело сердце.
— Все в порядке, есть еще. Я тебе еще немного налью.
Чу Ваньнин опять налил из горшка полную пригоршню. Мо Жань не спускал с него полных нетерпения и надежды глаз, ожидая, пока он протянет ему руку, чтобы тут же снова наклониться и, жадно хлюпая, продолжить пить и слизывать живительный нектар.
Так, пригоршня за пригоршней, сидя перед ним на корточках, Чу Ваньнин скормил ему весь горшок рисовой каши.
Мо Жань никогда этого не забывал.
На самом деле, впоследствии, на всем протяжении его полной взлетов и падений жизни, он бесчисленное множество раз думал… а что было бы с ним, если бы в тот день он не встретил этого человека?
Он обдумал множество возможностей, перебрал множество вариантов, но итогом всех его размышлений было лишь одно слово…
Смерть.
Умереть от голода, замерзнуть насмерть, быть разорванным волками или бродячими собаками, которые быстро выпустили бы ему кишки и сожрали с потрохами.
Если бы он не встретил этого старшего братца, то еще тогда отправился бы следом за матушкой по реке мертвых в загробный мир.
Поэтому позже, когда Мо Жань стал Наступающим на бессмертных Императором, он специально вернулся в Храм Убэй, чтобы отыскать того благодетеля. Но поскольку с того времени прошло слишком много лет, он не мог ясно вспомнить черты его лица. Увидев двор храма, заполненный блестящими на солнце лысыми головами, он почувствовал неописуемое раздражение и, в конце концов, махнув рукой, ушел.
Тогдашний настоятель очень перепугался. Он не мог понять, чем Храм Убэй мог вызвать неудовольствие Наступающего на бессмертных Императора и, не находя себе места от волнения, со страхом ожидал его судьбоносного решения. Однако на следующий день по приказу императора его слуги принесли в храм несчетное множество сундуков. Когда монахи их распахнули, яркое сияние осветило весь храм, ведь каждый сундук оказался доверху наполнен золотом.
— Его Величество не смог узнать, кто из вас его старый друг, поэтому решил одарить всех одинаково.