Поэтому в тот день, когда торжество окончилось, я не ушел, а отправился в Павильон Алого Лотоса… и тут вошел он.
В глазах Ши Мэя вспыхнуло мерцающее пламя.
— В то время я уже контролировал паразита, но мысли и чувства Тасянь-Цзюня все еще принадлежали ему и не были мне подвластны. Нельзя было допустить, чтобы он обнаружил меня, поэтому я не ушел, а спрятался там.
От гнева и невероятного чувства омерзения Чу Ваньнин содрогнулся всем телом.
Ши Мэй сел рядом и медленно провел своими тонкими длинными пальцами по его груди:
— Ты ведь понимаешь?
Его голос чуть охрип, в глазах появился намек на похотливый блеск.
Кончики пальцев медленно скользили все ниже и, остановившись на животе Чу Ваньнина, принялись развязывать пояс.
— Всю ночь ты покорно лежал под ним, а когда он намазал тебя своим любовным зельем, ты так самозабвенно кричал, так распутно… так возбуждающе… настолько потрясающе, — глаза Ши Мэя покраснели от вожделения, — что после две жизни я жил со страстной жаждой.
Чу Ваньнин почувствовал невыносимое унижение. Мало того, что совмещение воспоминаний двух жизней нанесло ему огромный урон, так еще от укуса золотой змеи его тело обессилело настолько, что сил хватило лишь на то, чтобы сквозь зубы процедить:"
"— Ши Минцзин, ты, блядина, отвали от меня!
Ши Мэй рассмеялся в ответ:
— Просто переспим разочек. Зачем же так злиться. Для тебя это не впервой, ты ведь уже спал со своим учеником. Может, перестанешь притворяться добродетельным?
— Пошел вон!
— Лежать на животе и обслуживать одного ученика или двух — какая разница? — спокойно и не спеша протянул Ши Мэй. — Я совсем не против, так почему бы тебе не получить удовольствие? Может, мои навыки в этом деле окажутся не хуже, чем у него?
— Пошел…
Не успел он договорить, как со стороны дверного проема донесся бесстрастный голос:
— Пошел нахуй отсюда!
Словно громом пораженный, Чу Ваньнин резко вскинул голову, чтобы взглянуть в сторону непонятно когда открывшейся каменной двери. Напротив света, все еще скрытый тенью наполовину открытой двери тайной комнаты, стоял высокий мужчина с длинным черным мечом в руках. Отличающаяся величественной осанкой внушительная фигура этого человека буквально излучала холодную мощь и опасность.
Ши Мэй прищурился:
— Это ты?.. Так быстро?
Окутанный леденящим холодом, тяжелыми шагами внутрь зашел человек, от облика которого веяло холодом и одиночеством. В этот момент огонь в лампе заколыхался, выхватив из сумрака его черные облегающие доспехи и накинутый сверху черный походный плащ. Сейчас уже можно было ясно рассмотреть его внешность.