Оно лишь едва заметно дрогнуло, когда с шумом крови в ушах он услышал едва различимый голос матери, этой доброй женщины, которая перед смертью погладила его по щеке и дала последний наказ:
— Отплати за добро, не мсти за обиду.
Прошло столько лет, и вот он опять услышал эту хорошо знакомую фразу, когда, прежде чем пожертвовать своим духовным ядром, Чу Ваньнин сказал ему:
— Помни добро, не держи зла.
Но он не последовал этому наказу.
Казалось, в его сердце поселились бесконечная обида и неисчерпаемая ненависть, и только свежепролитая кровь могла дать ему небольшую передышку…"
"Он разрушил Пик Сышэн, вырезал орден Жуфэн, убил тетю и дядю, глав духовных школ, множество простых заклинателей, окрасив небеса алой кровью и завалив землю белыми костями непогребенных мертвецов. И, в конце, когда войско восставших против его власти заклинателей окружило гору, он умер под пагодой.
Все это было в его жизни, и все эти чудовищные преступления были совершены именно им. Он был должником, ответственным за ту поражающую воображение жестокостью ужасную резню. Его Бугуй был запятнан кровью множества людей, в его руках Вэйци Чжэньлун сгубила несчетное количество человеческих жизней.
Это был он.
Перед глазами все замерцало, закружилась голова. Он тяжело и часто дышал, пытаясь справиться с поднявшимся из глубины его сердца гневом.
Приглушенный стон внезапно вырвал его из трясины воспоминаний. Опомнившись, он увидел, что марионетка вэйци проткнула своим мечом плечо Му Яньли. Брызги горячей крови окропили его лицо.
— Хозяйка Цитадели!
— Хозяйка Цитадели, осторожно!
Люди из Цитадели Тяньинь тут же стали протискиваться сквозь толпу, пытаясь прийти на помощь и защитить главу своего ордена.
Тяжело дыша, Му Яньли выдохнула сквозь сцепленные зубы:
— Все в порядке.
Рассыпая искры от скольжения меча по мечу, стоявшая перед ней марионетка Вэйци Чжэньлун отдернула палаш, а потом на глазах у всех благоговейно преклонила колени перед Мо Жанем. Склонив голову, скрытый под маской воин сказал:
— Этот подчиненный не смог оказать помощь хозяину и потерпел поражение в этой битве. Побеспокоив добродетельного государя, он совершил непростительное преступление и заслуживает смерти.
Люди содрогнулись от ужаса:
— Выходит, именно Мо Жань контролирует этих марионеток!
— Он назвал его хозяином!
— Нет… все не так… — попытался оправдаться Мо Жань.
Но кто бы ему поверил? Кто сейчас мог поверить ему?!
Охваченный отчаянием, он замотал головой и попятился. На всех обращенных к нему лицах были лишь ненависть и сомнение.
Все не так.
Он взглянул в сторону Сюэ Мэна, но тот находился слишком далеко и привлечь его внимание было практически невозможно. Мо Жань перевел взгляд на госпожу Ван и Сюэ Чжэнъюна.