С какой стати ему об этом думать?
Спустя больше двадцати лет одиночества ему вдруг говорят, что у него есть сын. Мало того, что этот сын всегда и во всем ему противоречит, он родился с внешностью, которая вызывает у него лишь отвращение. Кроме того, на протяжении многих лет этот ребенок считал своим отцом совсем другого человека.
Это просто до абсурда нелепо.
Он, Цзян Си, в конце концов, никогда не был великодушным добряком, никогда не желал быть милым для всех, и никому не позволит держать его за безмозглого идиота. Он никому не даст себя одурачить, он никогда не поверит в эту смехотворную байку, они никогда не…
— Сюэхуан.
Все звуки стихли.
И казалось, что вместе с ними погас и свет. Словно мгновенно погрузившись во мрак самой непроглядной ночи, Цзян Си растерянно огляделся вокруг, но увидел лишь пустоту.
В первый раз в своей жизни он был так ошеломлен и растерян.
Не сводя с него глаз, госпожа Ван повторила:
— Сюэхуан.
— О чем ты? — пробормотал он, едва шевеля побелевшими губами.
Госпожа Ван тихо проговорила:
— Младший соученик, ты не мог не понять.
— …
Он и правда не мог не понять.
Сюэхуан — его личное непревзойденное божественное оружие. Хотя другие люди при необходимости могли его использовать, однако лишь кровные родственники Цзян Си могли подчинить его дух и высвободить его истинную мощь.
Какое-то время Цзян Си не мог произнести ни слова.
Впрочем, не стоило и пытаться. После того, что сказала госпожа Ван, что еще он мог возразить? Похоже, он в самом деле оказался загнан в угол.
Он просто онемел.
— Об этом…
После первоначального приступа безумной ярости, теперь он был почти уничтожен. Потребовалось время, чтобы бледный как смерть Цзян Си прохрипел:
— Об этом Сюэ Чжэнъюну… тоже известно?
— Он всегда все знал, — ответила госпожа Ван.
— …
Когда она произнесла эти слова, в ее мягком взгляде опять отразилась боль.
…Когда Сюэ Чжэнъюн впервые увидел ее, ей исполнилось семнадцать лет. То было прекрасное время, когда лотосы только-только расцвели.
В тот день, пожевывая травинку «собачьего хвоста»[286.1], он ехал верхом на маленьком ослике через земли Янчжоу и случайно увидел Ван Чуцин, которая пришла в порт, чтобы купить ткани. Среди букета пышно цветущих красавиц Гуюэе, ему приглянулась лишь она одна, и в толпе он не видел никого, кроме барышни Ван.
Сюэ Чжэнъюн был человеком простым и прямолинейным, поэтому он тут же подошел, чтобы с улыбкой ее поприветствовать.
Другие заклинательницы высмеяли его за ветреность и легкомыслие, но из-за своего мягкого характера Ван Чуцин немного смутилась и, залившись румянцем, все же ответила ему парой слов, после чего застенчиво склонила голову и поспешила уйти.
Эта девушка была так прекрасна и нежна, что Сюэ Чжэнъюн влюбился в нее с первого взгляда.