Ночью в грозу она успокаивала и укачивала Му Яньли.
В напоенный благоуханием цветов полуденный зной в середине лета она поила Ши Мэя освежающим отваром из красной фасоли и семян бусенника[298.7].
И так каждый день, капля за каплей, все время.
— Впоследствии, когда я достиг возраста просветления, отец пожелал самолично преподавать мне учение Цитадели Тяньинь, однако я был настолько плохо одарен от природы, что не смог его постичь. Он был очень разочарован, а я в то время чувствовал себя посредственностью и отбросом… еще бы, ведь старшая сестрица Му уже в восемь лет с легкостью смогла заложить духовный фундамент, я же, стараясь изо всех сил, не мог почувствовать ни капли духовной силы.
Изображение в зеркале изменилось. Теперь малыш Ши Мэй в оцепенении сидел на берегу пруда, держа на маленьких коленях свой детский меч.
Подобрав длинную юбку, Хуа Гуй, нахмурившись, прошла по плавучему деревянному мосту. Она остановилась, осмотрелась вокруг и, только когда ее взгляд нашел сидящего в одиночестве растерянного ребенка, тревога ушла с ее лица.
Она подошла к нему и, наклонившись, что-то сказала, после чего взяла Ши Мэя на руки и вернулась с ним в другой конец сада."
"— Из-за того, что она очень долго прожила в Гуюэе, моя мать повидала немало людей, которые, несмотря на слабую духовную основу, поступили в школу целителей и, практикуя медицину, впоследствии смогли занять достойное место в мире совершенствования. Она не стала ставить крест на этом месте только из-за того, что в прошлом в Гуюэе жестоко обращались с прекрасными костяными бабочками, и уговорила моего отца позволить мне совершенствоваться на поприще изучения лекарств и ядов.
Пока Ши Мэй рассказывал подробности внутрисемейных разборок и любовных интриг, Чу Ваньнину казалось, что он в принципе понимает, что за человек Хуа Гуй, но все это не приблизило его к пониманию, насколько она решительна и безжалостна. Однако, услышав последнюю фразу, он ясно осознал, насколько опасна была эта женщина…
Для нее Гуюэе был адским кошмарным сном, пожравшим первую половину ее жизни. В подобной ситуации обычный человек, даже если бы не испытывал лютую ненависть, то уж точно затаил бы обиду и не доверял бы этому месту. Но она очень ясно понимала, что из себя представляет школа целителей, чем она может быть полезна, и как это получить.
У нее был очень трезвый и холодный взгляд на вещи, и даже если ее ненависть была глубока как море, эта женщина никогда не стала бы действовать импульсивно и необдуманно.
— Она всегда все очень тщательно планировала, а после четко следовала составленному плану. Сделав один ход, она продумывала на сто шагов вперед.