А все эти байки про прошлую жизнь просто отговорки!
Даже сейчас в этой толпе были люди, которые продолжали верить в то, что образцовый наставник Мо лгал, а значит, они не обошлись с ним несправедливо.
В конце концов тогда в Цитадели Тяньинь многие из них произносили пылкие речи, оскорбляя и позоря его. Кто-то из них все три дня публичного суда насмехался над Мо Жанем и швырял в него камни и объедки. Сейчас признать, что образцовый наставник Мо тогда говорил правду, было равносильно признанию того, что, будучи обманутыми, они опозорили хорошего человека. Для некоторых людей это было действительно слишком унизительно.
Признание ошибок порой требует большего мужества, чем их совершение, а трусам этого мужества всегда так явно не хватает. Чтобы настоять на том, что они не совершили никакой ошибки, эти люди были полны решимости до последнего отрицать, что Мо Жань пострадал несправедливо. И пусть теперь он перенесет еще больше обид и оскорблений, снова и снова будет унижен, опозорен и несправедливо обвинен, на протяжении двух жизней не зная ни сна ни покоя. Они хотели, чтобы он нес на себе груз этого преступления до самого конца.
Для этих «благородных господ», по сравнению с их репутацией, чужая честь не стоила и медяка.
Услышав это, Мэй Ханьсюэ с насмешливой улыбкой и елейным восхищением в голосе заявил:
— Даос Сюнь действительно тверд и несгибаем, вас просто невозможно поколебать.
Этот старик вначале опешил от похвалы, но, хорошенько поразмыслив, понял, что Мэй Ханьсюэ просто смеется над ним. Он тут же пришел в ярость и бросился вперед, собираясь дать волю рукам, однако почтенный старый монах преградил ему путь.
— Полноте, — принялся увещевать его наставник Сюаньцзин, — благодетели, перестаньте спорить, сначала послушайте, что скажет этот старый монах. Не так уж и важно, кто такой Тасянь-Цзюнь, важно то, как противостоять ему, когда мы поднимемся в гору. Сейчас надо решить, как нам распределить наши войска.
Повернувшись, он доброжелательно спросил Сюэ Мэна:
— Молодой господин Сюэ, вы ведь уже сражались с этим Тасянь-Цзюнем. По вашему мнению, насколько он силен?
Сюэ Мэн какое-то время, стиснув зубы, молчал, но затем, сжав руку в кулак, ответил:
— Даже объединив силы всех присутствующих здесь глав, вряд ли удастся его победить.
— Ого! — даос Сюнь приподнял свои седые брови. — Неужели гордый Любимец Небес действительно может так преувеличить силу другого, поступившись собственным величием!
В свою очередь наставник Сюаньцзин был даже немного поражен откровенностью Сюэ Мэна:
— Другими словами, этот человек даже сильнее образцового наставника Чу. Тогда неудивительно, что образцовый наставник Чу был захвачен им…
— Захвачен? Кому сейчас неизвестно о грязных делишках Чу Ваньнина и Мо Жаня.