Внутри двери, сквозь тусклый свет коридора, Витислава ощущала напряжение и неопределенность будущего. Шелковое шитье на ларю блестело странной сладкой обещанием. Вокруг стояли лица смешанных народов – хазар, русских и даже бородатых северян – все готовы к чему-то важному, что может перекосить мир в новый тренд....
– И ты, матушка… позволишь ей…
Мирава живо представила, как изумлены и разгневаны будут Дивея и Озора, если их сын и брат приведет, без совета с ними, такую жену; сколько поднимется разговоров, раздоров, и ее, Заранкину сестру, это не обойдет стороной. Ее же будут винить.
– Ну коли ей охота того витязя сгубить…
Огневида не договорила. Обе дочери посмотрели на нее, догадываясь, что это значит."
"– Две у меня были дочери-девицы, – продолжала Огневида, будто сказку сказывала. – Одна с приданым замуж пойдет, другая без приданого.
– Но почему это буду я? – горячо воскликнула Заранка и даже встала на ноги. – Может, это она!
– Я из себя суденицу не строю! – так же горячо ответила Мирава и тоже встала. Мысль о том, что из-за женитьбы на ней Ольрад может умереть молодым, вызвала у нее такое возмущение, на какое она редко бывала способна. – Это ты о доле гадать берешься, да еще судениц пряжу по-своему перепрядывать! И чего теперь хочешь – кого полюбила, того и погубила?
– Я не погублю! Мне не нужно других поддатней[22], кроме нее! А она моего мужа не тронет! Она никогда мне зла не сделает! Уж я его от злой доли обороню!
– А коли не оборонишь? – тише, с тоской ответила ей Мирава.
– Он не сгинет! – твердо ответила Заранка. – Я свою долю поймаю, так уже не выпущу!
– Кар-р-р! – Встрешник вдруг вскочил, расправил крылья и прыгнул к ней; от неожиданности все три женщины вскрикнули и отшатнулись.
– Даже птице и то слушать тебя невмочь! – Мирава встала. – Пойду я восвояси… пока умом не рехнулась с тобой заодно!
Торопливо обняв мать, она устремилась к двери. Встрешник прыгал по столу, Заранка отмахивалась и кричала на него.
Полдороги Мирава бежала бегом, будто за нею гнались. Она надеялась, что разговор с матерью ее успокоит, но вместо этого растревожилась еще сильнее.
