Автор
Великолепная группа «ТБВ» проводит мировые турне, их поклонники по всему миру восхищаются их драйвом и энергичным исполнением. Но в один день, после концерта, вокалист группы исчезает бесследно. От этой потрясной новости солистки становятся жертвами злых спекулянтов и преследователей, а сама группа падает из римской небесы в тенистой подземелье, но это не останавливает их грандиозный дух....
— Неплох, черт тебя подери? Да этот парень великолепен. Признай уже. Он почти так же хорош, как и…
— Если ты скажешь «Трент», я заеду тебе по яйцам.
Киллиан засмеялся, и я решил врезать ему по яйцам в любом случае.
— Почему? Потому что в мире есть кто-то, кто сможет сравниться с ним или…
— Потому что от его имени меня тянет кого-нибудь придушить.
Киллиан мгновенно стал серьезным:
— Ей-богу, открывая каждый раз рот, ты когда-нибудь перестанешь говорить о нем гадости?--
— Ну когда-нибудь я точно перестану его ненавидеть.
Киллиан вздохнул и провел рукой по волосам. Похоже, не стоило надеяться, что разговор закончен и можно включать телевизор. Не прошло и минуты, как Киллиан снова вернулся к теме:
— Итак… Хейло. Ты посмотрел видео, которое я отправил тебе вчера вечером?
Смотрел ли я видео? Можно сказать, что да. Как только Хейло ушел, а парни вышли покурить, я быстро нашел в почте нужное письмо и открыл вложение. И еще раз глянул на его лицо... черт, ведь что за лицо, а?
— Да, посмотрел.
— И-и-и?
— Что ты хочешь от меня услышать, Килл? Он хорош. Чертовски хорош. Ты же его слышал, но... — остановился я, быстро прикусив язык. Киллиан сидел в ожидании, уставившись на меня своим фирменным взглядом «Что?», и я, мысленно послав всё к черту, выдал: — У меня на него встает, ясно? Я не смогу быть с этим парнем на одной сцене. Ты видел его? Он слишком красив.
— Именно поэтому он отлично вписывается в «ТБД».
Наверное, Киллиан сошел с ума.
— Ты что, глухой? Я только что сказал тебе, что.
— Я прекрасно слышал, что ты сказал. И видел тоже. Но мне нечего волноваться. Он — натурал. Ты слышал слова его второй песни?
Слова? Я был слишком занят, наблюдая за его ртом, чтобы слушать то, что этот рот произносил.
Киллиан усмехнулся:
— Он пел о своем разбитом сердце... о том, как она разбила ему сердце. Но я рад, что ты не заметил. Ты считаешь, что он сексуален. И считаешь, что он сексуален, когда поет наши песни. Не помню, чтобы ты вел себя так с тех пор, как.
Запнувшись под моим пристальным взглядом, Киллиан проглотил готовое слететь с языка имя и сдвинулся на край кресла.
— Химия, Ви, понимаешь? На сцене всё зависит от химии. Ты знаешь об этом, как никто другой. С солистом у тебя должна быть химия.
— Химия? Да если добавить между нами еще больше химии, то я его просто обкончаю!
Киллиан фыркнул:
— Держи это при себе, когда мы встретимся с ним снова, ладно? Не хочу испугать новичка.
