В ее руке была очередная коробочка с иглами, на этот раз иглы содержали усыпляющий яд, которого по ее подсчетом как раз на три дня для этих дохляков должно было хватить. Хелл весело напевала вслух песенку, подслушанную, когда Неврос играл на гитаре, и подсчитывала пиратов в процессе успокоения. В коридорах она насчитала двенадцать человек, в кают-компании лежало восемнадцать вместе с капитаном, семнадцать были парализованы легким транквилизатором, которого должно было хватить на пару часиков, так что и их ожидал еще один маленький укольчик. Ей положительно нравились эти пираты, ну совсем как дети малые, а еще мнили себя крутыми воинами.
В кают-компании семнадцать уколотых так и почивали мирным сном праведников, а вот капитана не было видно. Пожав плечами, Хелл подошла к диванчику, критически осмотрела остатки своего платья, подняла куски ткани, оторвала то, что раньше было юбкой, и повязала ткань на бедрах. В отличие от сексуальной Алексы она чувствовала себя неуютно в одном нижнем белье, и, хотя курсы Искусства соблазна обе сдали успешно, Хелл как была, так и осталась консервативной профанкой в данном вопросе.
— И где же наш милый капитан? — сладким голосом пропела наемница, ни секунды не сомневаясь, что этот тип притаился где-то за углом с доброй целью избавить мир от ее присутствия.
Она уже собиралась исследовать корабль, как вдруг в голову пришла шальная мысль. Памятуя о том, как она связывалась через браслет с даркианцем, Хелл направила мысленный зов к кораблю. К ее удивлению, корабль ответил, выдав ей схематичную картинку, в которой красноватым светились четыре точки в одном из дальних отсеков и синими точками все успокоенные ею пираты. Такого она даже не ожидала и с радостью послала кораблю эмоции благодарности и восхищения, а затем направилась искать пиратов.
«Госпожа желает, чтобы я обездвижил тела?» — Нежный, мелодичный голос ворвался в ее сознание, заставив ойкнуть и замереть от испуга.
— Ккк… кораблик? — удивленно спросила наемница, даже не рассчитывая на ответ.
«Да, госпожа, мне жаль, что я могу общаться с вами только на этом грубом языке».
Пасть дерсенга! Корабль живой! Он разговаривает! С ней разговаривает!
— Д-д-да, — промямлила потрясенная Хелл, — если бы ты… вы… заставили их уснуть на пару дней, я была бы благодарна…
«Будет исполнено, госпожа»."
"А голос у кораблика был просто божественным, таким нежным и чарующим, словно сочетание трели соловья и журчания маленького ручья, какой-то серебряный голосок.
«Спасибо, госпожа, мне приятно, что вы так высоко оцениваете мои речевые вибрации».
Почему-то захотелось упасть в обморок, но пол был грязноват, и повсюду валялись тела дурно пахнущих пиратов.