В Хеллоуин для генерала читатель окунется в тихую но острый расследование вокруг исчезновения секретного сотрудника спецслужб. Сюжет развивается с напряженной интригой, заставляя героя задумываться о масштабах собственного влияния и верности устроенному порядку. Атмосфера нервозная и тихо-капризная, как всегда в канун праздника наступающей осени....
Я не могу прийти к начальству и начать рапорт со слов : «Одна ведьма сказала…»
— Савин, — Аглая опасно сузила глаза, улыбнулась, вернее, хотела улыбнуться, а получился оскал, — поверь мне, никто с тебя ничего не спросит. Пока я здесь работаю, никто посторонний сюда больше не зайдет. А ты лучше вокруг себя глянь.
— Агаша…
— Тоша… — с удовольствием отомстила генералу Аглая, зная, как он не любит этот вариант своего имени, — еще раз такое себе позволишь… Сам сюда дорогу забудешь.
— Вот уж тут перебьешься, — зарычал Савин, дергая Аглаю к себе под бок и наваливаясь на нее всем телом, — я теперь тебя не оставлю.
Он поцеловал ее улыбающиеся губы и закончил фразу серьёзно и жестко:
— Я и не забывал. А ты?
— И я, Савин, — прошептала Аглая, — дурак ты. Зачем ушел тогда? Зачем оставил? Столько лет, Савин, столько лет…
— Наверстаем, — в голосе генерала звучала невыносимо упёртая, свойственная всем властным му… жчинам нота, которой почему-то хотелось подчиняться. Очень хотелось.
И Аглая запросто подчинилась бы.
Но она была не просто женщиной. Она была потомственной ведьмой, когда-то, по глупости, раскрывшей дневник бабушки не там, где надо, и, практически, сделавшей то, чего делать нельзя. А за намерение наказание тоже жестокое. Не настолько, как за исполненное, но обратка Аглае прилетела хорошая.
А все потому, что не удосужилась прочитать предостережение, написанное на полях карандашом."
"Лишь много позже, сидя в жарком Душанбе и ожидая нелюбимого мужа со службы, она еще раз перелистала записи и наткнулась на то, что должна была бы прочитать сразу…
Ведьме, посмевшей влюбиться и посмевшей делать на любимого приворот, потом двадцать лет искупать свою вину.
«Нельзя неволить того, кого любишь, глупая ты ведьма!» — вот что надо было написать бабушке в своем дневнике! И не на полях, а крупно, очень крупно!
Но, что сделано, то сделано.
В конце концов, у ее любимого все сложилось, как надо.
И дальше сложится.
Особенно, если ее, Аглаи не будет рядом.
Потому что двадцать лет искупления еще не прошли.
Аглая целовала своего генерала и ощущала, как горчат его губы.
К скорой разлуке.
И будет ли за ней встреча? Только если Савин разгонит всех своих чертей…
И не забудет ее, Аглаю.
13
Савин уходил домой со спокойной душой.
В конце концов, несмотря на то, что ведьмочка так и не раскололась по поводу твари, слившей информацию по студентам, больше и в самом деле никаких сливов не было, вот уже несколько месяцев.
