Автор
Идя к дому подруги, Дездемона чувствовала себя как в сказке — весело и немного необычно. Ника Терешкина, зная всё о ее жизни, предложила подарок, который выглядел как шутка из детства. Встреча обещала быть щедрой и радостной, даже если она сама была не уверена в этом.
Вернувшись из «Оноре» домой, я пошла в спальню к матери - посмотреть, как там все для себя устроить, - и увидела его. Он сидел, улыбался!
– Игрушка смеялась? - с сомнением поинтересовался Виктор.
– Да! - завизжала Вера. - Рожи корчила… Я ее ножницами… Как следует! Все, кончилось время Ларсика! Я швырнула его в бачок для грязного белья… А потом… ну… потом…
– Пришли в себя и поняли, что кто-нибудь может спросить про талисман Ники, - продолжил за нее Виктор. - Вы его спрятали, постарались починить, но не получилось.
– Именно так она и поступила, - зашептала я. - Выдала нам с Майей эту версию, а еще в тот день много грязи вылила на родителей. Я тогда удивилась: ну зачем Вера говорит гадости? А теперь понимаю: она себя оправдывала, убеждала, что поступила правильно.
Куприн пожал плечами.
– Ирина Сергеевна Ермакова, находясь в состоянии нервного стресса, не выдержала и рассказала тебе правду об их с Никой бизнесе. Как ты думаешь, почему она так поступила?
– Терешкина сказала, что ее временно заменит подруга, назвала меня писательницей. Ой, я, наверное, очень глупо выглядела в школе, нацепив парик и размалевав лицо.
– Ничего, - успокоил Олег, - зато остальные учителя не поняли, кто у них работает классной дамой.
– Она была в жутком страхе. Ну как же, ее шантажировали, некто заявил, что знает правду о торговле детьми, и требовал денег.
– Правильно, - согласился Куприн. - Но Терешкина никому не рассказывала об участии Ирины в деле. Хитрая Ника наняла Ермакову выполнять за себя черновую работу. Сама-то она не беседовала с родителями, желавшими продать детей, нет, этим занималась наивная Ирина Сергеевна, до последнего предполагавшая, что она устраивает детское счастье.
– Ермакова тупая? - не выдержала я.
– Похоже на то, - кивнул Олег.
– Она притворяется!
– Да нет, - не согласился Куприн, - иначе б не разболтала тебе свою тайну. Просто редкостная дура и жадина. А теперь подумай: Ника мертва, она не способна на шантаж, да и покойникам не нужны деньги.
