Автор
Идя к дому подруги, Дездемона чувствовала себя как в сказке — весело и немного необычно. Ника Терешкина, зная всё о ее жизни, предложила подарок, который выглядел как шутка из детства. Встреча обещала быть щедрой и радостной, даже если она сама была не уверена в этом.
Ужас прямо! Понимаешь, я очень устала…
– Вот и отдохни, - обрадовалась я. - Давай, пока, бай-бай.
– Устала во время поминок, - уточнила Майя. - И пошла в спальню к Нике, легла на ее кровать. Не очень приятно, скажу тебе, в моральном смысле, на койке мертвеца дрыхнуть, но я глаза прикрыла, задремала, потом вскочила и думаю: что-то тут не так. Оглядываюсь, осматриваюсь, и тут меня как стукнет: Ларсика нет!
– Кого? - удивилась я. - Я такого не знаю и не видела. Хотя не заметила на погребении и Ермакову, народу много было.
– Ларсика, - повторила Майя. - А Ника с ним никогда не расставалась, его ей Грета подарила.
Глава 5
– Кто такой Ларсик? - еще больше удивилась я.
Майя тяжело вздохнула.
– Видно, вы с Никой не очень близки были, раз ты про талисман не слышала.
– У нас были хорошие отношения, даже дружеские, - по непонятной причине начала оправдываться я.
– Домой к Терешкиной ты заглядывала?
– Сто раз.
– В спальню заходила?
– Конечно.
– Видела на тумбочке игрушку?
– Плюшевую собачку?
– Это тигр, - поправила Майя.
– Без полосок, весь какой-то серо-коричневый, - протянула я."
"– От старости истрепался, - пояснила Филипенко. - Сейчас я в двух словах объясню ситуэйшен. Мы с Терешкиной в один класс ходили, Ника в школе отвратительно училась, на одни тройки. По идее, она заслуживала двоек, но отец Терешкиной заведовал гастрономом. Врубаешься?
Я прилегла на диван. В советские времена человек, имевший доступ к продуктам питания, обладал почти безграничной властью над окружающими.
– Ей бы и пятерки ставили, - продолжала Майя, - но только не получалось, Ника тупая была.
– Совсем дура в университет не поступит.
– Ой, не смеши! - фыркнула Филипенко. - Или ты забыла, как в советские годы дела обстояли? Впрочем, думаю, и нынче не слишком традиции изменились: берешь конверт, кладешь пять сантиметров денег, и - оп-ля, твоя деточка - студентка. Вот только с Никой чудо приключилось.
– Какое?
– Я пытаюсь сообщить суть дела, а ты безостановочно меня перебиваешь, - рассердилась Майя.
