Автор
В зеркальном отражении кабинета хозяина мерцала его изображение в зеркале. Прохладное освещение создавало неяркий контраст между бледностью и темными пятнами на белой рубашке, усиливая образ человека, поджидавшего своего жертвы. Ощущение дрожащей атмосферы вокруг наполняло кабинет опасным спокойствием — именно это место будет свидетелем кровавого плана мести....
— Да в кого ж ты такая дура-то у меня? — вопила мама, уперев руки в бока и гневно сверкая глазами. — Ты не понимаешь, что он к твоей подруге ушел? Ну конечно — зачем ему ты? Стаська — девка видная и за собой следит, а ты что? На кого ты похожа, в зеркало-то смотрела? Хоть бы накрасилась!
— Мама, ну что ты говоришь, при чем тут Стаська?
— А при том! Как тебе вообще могло в голову прийти ее в дом пускать? Ты что же думала, Захар слепой, разницы не заметит? Заметил вот!
— Мама!! — рявкнула я, чувствуя, как в голове что-то взрывается.
Не знаю, что именно произвело на нее такое впечатление, мои слова или тон, которым они были сказаны, но мама вдруг кинулась ко мне, обняла, прижала к себе и заплакала:
— Настюша… да как же такое случилось-то? Может, он одумается еще?
— Мне уже все равно, — стараясь не заплакать, прошептала я, вдыхая запах маминых духов, которыми она пользовалась, кажется, с самого моего детства и никогда не меняла.
— Да как же все равно? Как же? А жить ты как будешь?
— Никак не буду, — проговорила я совершенно спокойно, но на маму это произвело еще большее впечатление, чем моя предыдущая попытка дать ей отпор:
— Да ты что, сдурела?! Никуда не пущу, здесь останешься! Не пущу, я сказала! — она пихнула меня обратно на диван, легко преодолев мою попытку встать, выскочила в коридор, заперла дверь на ключ и торжествующе сказала: — Вот так! Этаж восьмой, простыней столько не наберешь.
— Мама… — простонала я, хватаясь за голову. — Ну к чему этот цирк?
— Вот посиди и подумай, к чему, — отрезала она, направляясь в кухню. — А я пока оладьи испеку.
Я осталась у нее ночевать — немудрено, потому что ключ она спрятала. Мы провели тихий вечер, чего не случалось в нашей семье, кажется, никогда. Лежа на диване и вдыхая запах чистого постельного белья, я все думала о Павле. Неужели я никогда больше не услышу его голос, не увижу, не смогу взять за руку?
Я так привыкла к тому, что он есть в моей жизни, что он заполнил собой хоть какую-то пустоту в моей душе, пусть совсем немного, но все же.
Станислава
Я шла в административный корпус не по подземному переходу, а по улице — хотелось подышать свежим воздухом.
Меня всегда удивляло, что во время прогулок я почти не встречаю пациентов, словно бы их не существует.
