Автор
В зеркальном отражении кабинета хозяина мерцала его изображение в зеркале. Прохладное освещение создавало неяркий контраст между бледностью и темными пятнами на белой рубашке, усиливая образ человека, поджидавшего своего жертвы. Ощущение дрожащей атмосферы вокруг наполняло кабинет опасным спокойствием — именно это место будет свидетелем кровавого плана мести....
«Сообщаем вам, что таможенное оформление вашего заказа не может быть завершено. Основание — истек срок действия паспорта».
Я перечитала эти два предложения раз двадцать, но так и не могла понять, что случилось. Как может внезапно истечь срок действия паспорта, это ведь не стакан йогурта?
Бросив взгляд на часы, я принялась расталкивать спящего рядом мужа:
— Захар, проснись! Проснись, это важно!
Захар что-то недовольно пробормотал и сунул голову под подушку — ранние подъемы в нашей семье в чести не были, мы привыкли поздно ложиться и так же поздно вставать.
Стася, бывая у нас, всегда шутила:
«А что от вас хотеть в пятнадцать часов утра?»
Но что поделаешь — Захар человек творческий, писатель, радиоведущий, а с недавних пор еще и политический деятель, вся работа у него в основном вечером, и книги он пишет исключительно по ночам, и планы передач составляет.
Ну, и я с ним за компанию тоже допоздна не сплю.
— Захар! Ну, Захар же! — я изо всех сил трясла мужа за плечи, пытаясь заставить его проснуться, но тщетно.
Накануне он выпил за ужином почти бутылку вина и теперь, конечно, никак не хотел расставаться с подушкой.
— Лавров, немедленно проснись, иначе я… я… — задохнувшись от злости, я стукнула ладонью по выглядывавшему из-под одеяла плечу мужа, и тот взвыл:
— Настя! Ну, ты с ума сошла, что ли? Больно ведь! Захар сел, потирая ушибленное плечо, и заморгал, пытаясь проснуться."
"Вид спросонья у него всегда был очень потешный, и в другое время я бы засмеялась и чмокнула мужа в небритую помятую щеку со следами от подушки, но сегодня мне было не до нежностей:
— Захар, вот скажи — в каком случае может истечь срок действия паспорта?
— Погоди… — Захар зевнул, протер глаза и совершенно трезвым голосом сказал: — Если исполнилось двадцать или сорок пять лет.
— Отпадает. А еще?
— Если вышла замуж или развелась со сменой фамилии.
— И все?
— Кажется, все. А что за вопрос и почему он не мог подождать еще пару часиков?
— И это тоже не подходит, — пробормотала я, проигнорировав вопрос мужа.
— Настя, в чем дело, наконец? Ты будишь меня в такую рань в день эфира, задаешь какие-то странные вопросы… что случилось?
Ах, черт, как я забыла про эфир… Сегодня… это ведь сегодня, пятница же.
Захар вел историческую программу на одной из популярных радиостанций, выходил в эфир дважды в неделю и относился к этому очень серьезно.
