И представьте картину: я захожу вносить за Кристину залог, чтобы ее отпустили до суда, а она реально сидит за решеткой вся в слезах рядом с какими-то проститутками и реальными ворами. В общем, я вытащил Кристину, а через неделю суд назначил ей административный штраф. Но зато Кристина познала жизнь в Америке от А до Я. И в тюрьме была, и в Белом доме.
После рассказа Токарева на мгновение воцарилось молчание, а потом все взорвались от смеха. Но мне было не смешно. Меня полностью охватило неприятное чувство зависти к этому парню. Что он может легко обнимать Кристину за плечи. А я нет. Что она звонит ему в слезах и просит помочь. А мне нет. Что он в Америке был ее контактом на случай экстренной связи. А я нет. Что он знает о ней абсолютно все. А я — ничего.
Я никогда не был завистливым, но сейчас это именно то чувство, которое я испытываю, глядя на них. С ним она разговаривает, смеётся, видно, что ему она доверяет. Я же для нее абсолютно чужой человек. Даже не брат. Я ей никто. Незнакомец.
Вечер течёт дальше. Этот Илья пытается со мной разговаривать, шутить, но я не могу заставить себя отвечать ему тем же. Гребанная зависть меня душит. И ревность.
Через какое-то время Илья и Кристина уходят в беседку. Садятся там на скамейку и о чем-то очень доверительно разговаривают. На мгновение я отвлекаюсь на Олю, она что-то у меня спрашивает. Когда я возвращаюсь взглядом к ним, то вижу, что Кристина плачет, а Токарев ее обнимает и гладит по голове.
Почему она плачет? Что случилось?
Через какое-то время Кристина отходит поговорить по телефону, а Илья направляется ко мне.
— Когда у тебя свадьба? — Спрашивает меня.
— В следующую субботу.
На самом деле у меня нет желания с ним общаться. У меня лишь есть желание ему вмазать.
— Много у вас гостей?
— Да. Игорь Петрович пригласил всех своих друзей.
— Правда? А до нас почему-то еще не дошло приглашение. Это странно. Обычно мы их получаем заранее. Задерживается, наверное.
— Наверное.
В этот момент до меня доносится крик Кристины.
— Максим! Мне сейчас звонила твоя мама, просила кое-что тебе передать.
— Извини, — бросаю Токареву и ухожу к Морозовой.
Странно, что моя мать звонит ей.
— А почему она мне не позвонила? — спрашиваю ее.
— Максим, Илья приехал для того, чтобы напроситься на твою свадьбу. Ни в коем случае его не приглашай.
— Это тебе моя мама сказала?
— Нет! — Шипит мне. — Твоя мама мне не звонила, это я сочинила, чтобы подозвать тебя. На твоей свадьбы будут одни очень важные люди. Токареву нужно с ними пообщаться, поэтому он сейчас сюда приехал, хочет получить приглашение.
Что? Так вот почему он сейчас ко мне подошёл и стал говорить про задержку их пригласительного. Я не могу удержаться от сарказма.
— И это твой ближайшими друг?
— Да. И ближайший конкурент в одном лице тоже.