— Какой к черту молочный улун??? — Он снова заорал. — Кристина, ты не понимаешь всю серьезность ситуации???
— Илья! — Я сказала строго и встала со стула. — На дворе уже давно не девяностые. Это криминал. Когда ты вообще последний раз слышал о заказных убийствах в 21 веке? Тем более в Москве!
— Кристина, найми телохранителя. А лучше двух или даже трех.
— И что мне теперь с ними всю жизнь ходить?
— Как минимум, первое время.
Я тяжело вздохнула и привлекла Илью к себе. Он крепко меня обнял.
— Крисси, я за тебя боюсь.
— Илюша, все будет хорошо. Не переживай. Я сильно сомневаюсь, что меня реально планируют убить. Ну, может, припугнут. Но ты же знаешь, что я не из пугливых.
— Мой человек не знает достоверно. Просто он слышал, что их самый главный босс говорил, что ты слишком мешаешься под ногами и следовало бы тебя задвинуть подальше.
Я в удивлении отстранилась от Ильи.
— Подожди, твой человек сказал, что меня заказали, или что я просто «мешаюсь под ногами»?
— Что мешаешься.
— Илья! Тогда с чего ты взял, что на меня организуют покушение?
Он замялся.
— Ну... я так подумал...
Я закатила глаза.
— Токарев, ну ты и паникер!
— Просто я за тебя переживаю... Найми телохранителя.
— Хорошо, — я отмахнулась от него. — Улун-то свой любимый будешь?
Он заулыбался.
— Буду.
Илья просидел у меня где-то с час, рассказывая о Германии. И да, «Вижн-Строй» уже получил первый проект в Европе, так что мы отстаем.
15 мая Жан, месье Арно и его помощники приезжают в Москву для подписания финальных документов. Мы собираемся в папином кабинете. Приезжает и Максим. Это первая наша с ним встреча с Нового года. Он здоровается со мной, я здороваюсь с ним, и больше мы не разговариваем. Нет ни томных взглядов в мою сторону, ни вздохов, ни щенячьей тоски.
Он теперь отец. И это так странно: смотреть на Максима и думать, что у моего героя есть ребенок. Не от меня.
Два часа мы еще говорим с французами о делах, а потом ставим финальные подписи и жмем друг другу руки. Все стороны довольны и счастливы. После этого мы отправляемся ужинать в ресторан. Я забронировала столик в очень хорошем месте возле своего дома. Окна ресторана выходят прямо на Храм Христа Спасителя, частично видно и Патриарший мост.
Через полтора часа ужина и общения в непринужденной обстановке на отвлеченные темы, папа и Елена уезжают домой. Я особо не тороплюсь, так как момент укладывания Миши спать я уже нещадно пропустила. Чувство вины перед сыном ковыряет меня противным червячком. Но ведь ничего страшного же не случится, если один раз он ляжет спать без меня? Это же не будет означать, что я плохая мать? К тому же завтра суббота, и я проведу с ним весь день от А до Я.
В 11 вечера мы начинаем расходиться. У французов завтра рано утром самолет.