Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
Странно, но я готов был поклясться, что это настоящая трава! Слева послышался женский смех, и одна из хохотушек, не особо пытаясь говорить тише, произнесла:
— Дикарь какой-то! Натурального покрытия не видел! Но ничего себе так, брутальный! Я бы с таким зажгла!
Внезапно я вспомнил, что не был с женщиной с тех самых пор, как… Неважно. Давно. Не сдержав любопытства, я посмотрел на хохотушек, и весь интерес тут же словно ветром сдуло. За столом сидели три светящиеся нательной краской по обнаженному телу девицы легкой доступности.
"— Вот ваш столик! — пропел робот-распорядитель женским голосом, указав на прозрачный круг, левитирующий рядом с глубоким мягким креслом, — как раз напротив визора! Что будете заказывать? — передо мной тут же зависла многостраничная голограмма меню.
Я поморщился, представив, сколько времени мне придется потратить на его изучение.
— Принеси-ка мне большой кусок жареного на открытом огне мяса и овощей на гриле. Да! И большую кружку молока.
Видимо, услышав про молоко, девицы прыснули со смеху и, окрестив меня чудиком, тут же потеряли ко мне всякий интерес. А по мне, это и к лучшему. Визор в данный момент транслировал рекламу очередного ноу-хау из мира красоты для околпачивания наивных мужчин.
Через один столик от меня сидела пара Гаулоподов. Самец пристально смотрел на самочку двумя парами светящихся голубым глаз, которые вовсе не имели зрачка. А может, и имели, только он совершенно сливался оттенком с радужкой. А еще меня всегда удивляло их необычное строение тела. При костлявом, с выпирающими ребрами торсе и практически не покрытых мышцами тазовых костях, они имели очень мускулистые конечности и были чрезвычайно сильны, так что связываться с Гаулоподом было себе дороже.
На огромной тарелке, на подушке из разноцветных запеченных овощей, красовался гигантский стейк. Я даже не брался представить, чей он.
