Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
— Ну, не знаю, и все же мне кажется, что последнее время Майкл Доуни недовольно на меня косится и хмурится, когда мы встречаемся!
— А ты не думал, что это как раз оттого, что ты, заделав его дочери ребенка, не спешишь ей делать предложение? Ты поговори с ним! А еще лучше, с самой Лерой! Кто лучше знает ее отца, как ни она сама!?
— Да вот дело в том, что я не знаю, как сама Лерой отнесется к моему предложению!
Командор внимательно посмотрел на меня.
— Понимаю. Ты боишься, что она не просто откажет, а еще и посмеется?
— Командор! Да ты просто читаешь в душах людей! — горько усмехнулся я и снова посмотрел в небо.
Дождю точно быть, мне совсем не хотелось под него попасть, но, к сожалению, в обозримом пространстве больших деревьев не наблюдалось. И дело не в том, что не хотелось мокнуть, а в том, КАК планета предпочитала поливать свои зеленые насаждения. Она не проливала на землю моросящий дождик, да и простых дождей здесь почти не бывало, Аэлита любила хлесткие ливни, которые низвергались с небес тугими, больно бьющими по телу водяными струями, больше походившими на метательные копья.
— Опять всё тело будет болеть, — проворчал Шейн, заранее потирая плечи. Вот почему мы не взяли с собой защитный шатер? Или почему не материализуем хоть какое укрытие?
— Я уже говорил! Планетарный страж должен полагаться только на себя! С экипировкой и новичок почти где угодно выживет, а ты попробуй это сделать без нее! И что эту планету назвали «Хищной»? Я здесь уже сам обленился и расслабился, совсем скоро форму потеряю! — ворчал командор, тоже посматривая на небо.
А тем временем ветер всё крепчал, кони взволнованно прядали ушами и время от времени взбрыкивали, словно желая сорваться с места в карьер. Но только спешить не было никакого смысла, так как укрытия и не намечалось, а дождь всё равно изливался с небес всего за пару минут. Вот только сейчас он всё никак не хотел идти, зато ветер с каждой секундой крепчал, становясь похож на ураганный. Кони вели себя всё беспокойнее, то кружась на месте, то снова порываясь перейти в галоп.
Испуганно закричал Клаус, за ним Трой. Я хотел уж было обернуться, чтобы посмотреть, что у них произошло, как почувствовал, как меня вместе с конём приподнимает над землёй. Конь подо мной испуганно заржал, ему вторили лошади стражей. Я вцепился в луку седла, с силой прижав колени к бокам коня. Хотя понимал, что если нас закружит в воронке, то таким образом мне всё равно не удержаться.
