Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
Вряд ли я решился бы кому признаться, но так же, как и Клаус, терпеть не могу червей! А этот на разрезе выглядел именно так, не считая костяных защитных пластин.
— Врать не буду, что вкусно, — я отвлекся от своих мыслей, внимая каждому слову девушки, — но есть вполне можно. Белок и белок. Вот только я думаю, — задумчиво добавила Лерой, отправляя в рот второй кусок мяса, что нам нужно самим, как можно скорее, научиться материализовать знакомую нам дичь. Тогда не придется, есть всякую гадость, типа этой.
Мы на некоторое время замолчали, с некоторой долей брезгливости пытаясь поужинать гигантским червем, лишь Шейн с завидным аппетитом молотил это сомнительного качества мясо.
— Нет! Я не могу! — вскочил на ноги и нервно заходил по каменному мешку Клаус.
— Сядь, не мельтеши! И ешь, давай! — рявкнул на него командор. — Иначе мы из-за тебя не выспимся, будем всю ночь слушать трели твоего голодного желудка.
Наш спор был прерван тихими шагами, которые выдали лишь мелкие камешки, срывающиеся с изъеденных временем ступеней.
— Ёлка, зачем ты нас здесь заперла? — ей навстречу, отряхиваясь, поднялся командор, — мы что, твои пленники?
— Что вы! Вы мои гости! Внешний мир полон опасностей, а здесь вам ничто не угрожает!
Мы удивленно переглянулись, явно думая одно и то же, что как раз во внешнем мире нам не встретилось ни одной опасности, а здесь, в гостях, нас чуть не съели.
— Ёлка, садись с нами, поговорим! — командор поднялся со своего надувного коврика и уступил девушке место.
Она благосклонно приняла приглашение и, шагнув, устроилась на предложенном месте, снова усевшись в позу «лотоса».
