Путешествуя по загадочной планете Хищной, ты замечаешь, что каждая тварь здесь выходит из воды или воздуха, словно созданная для этой суровой среды. Ночью мир вокруг наполнен непредсказуемыми шумами и призрачными огоньками, а днем — лишь мерцание молний на стеклянных горах. Каждый шаг ведет к новым опасностям, когда всё вокруг становится живым и чувствительным....
Открыл глаза и увидел, как Лерой быстро плывет к долгожданному берегу, отчетливо видимому благодаря яркому дневному свету, льющемуся из огромной дыры в потолке пещеры.
Выбравшись на берег, я с сочувствием посмотрел на сидевшую, обняв колени, девушку. Ее задорные светлые вихры тонкими намокшими прядями облепили ее щеки, а все тело сотрясала крупная дрожь.
— Лерой, нам с тобой придется раздеться и хотя бы выжать одежду, а то мы так совсем околеем!
— Кккосстер?
Мне оставалось лишь горестно вздохнуть, так как лямки спасшего мою спину от когтей ящера рюкзака не выдержали двойного веса, и благодаря этому мы сейчас оказались здесь, а не в желудке доисторической машины для убийства.
Верно расценив мое молчание, девушка просто повернулась ко мне спиной и начала стаскивать с себя мокрый комбинезон. Мне не хватило наглости в такой ситуации подглядывать за ней. Отворачиваясь, я лишь успел скользнуть взглядом по ее ободранной спине, просвечивающей белой кожей в прорехах черного костюма.
Скинув с себя куртку, с тоской осмотрел все же оставшиеся целыми лямки на ней и кусок от самого рюкзака. Внешняя же его часть, как и с таким трудом, добытое содержимое, сейчас было разбросано по окрестностям плато, а рюкзак девушки остался у палатки.
Ситуация вырисовывалась совсем патовая, и я не беспокоился бы так сильно, будь я один. Хотя, надо отметить, что девушка держалась просто молодцом! Умение не оказаться тяжелым балластом в трудном походе — это тоже редкое умение, а от Лерой даже частенько и польза была.
Раздевшись, я быстро выжал свои вещи и уже собирался надеть штаны, как вздрогнул, почувствовав, что меня обвивают прохладные руки девушки, а затем к моей спине и ягодицам прижалась ее упругая грудь и живот.
— Мне холодно, — прошептала она, обжигая меня между лопатками своим горячим дыханием.
Я медленно развернулся, задохнувшись, когда ее отвердевшие соски прочертили огненную дорожку по моей коже. На ее красивом, озаренном из отверстия в потолке светом, лице горели большие ярко-синие глаза.
Боясь сделать что-то не так, я осторожно провел пальцами по ее фарфоровым плечам, затем по шее. Она рвано вздохнула и закрыла глаза. И я, уже более смело, взял ее лицо в ладони и, наклонившись, легонько потерся своей щекой о ее щеку. Лерой с всхлипом вздохнула и сама потянулась к моим губам.
