В окружении ночи, где каждая звезда кажется ближе к тебе, Вика вдруг предложила работу, которую сразу же заставила задуматься. Этот шеф сияющего лица и глаза как разящий меч — непонятное сочетание тепла и холодности. Медленно выпрямившись от его вопроса, Вика решилась на откровенный ответ, открыв новую страницу в своей жизни....
Я совершенно ничего не понимаю в ваших хищных делах. И еще у нас впереди новая тяжба с Бертом. Третья, насколько я помню.
Она била по больному, и Ник это знал, но и отказать не мог. Только не когда дело касалось дочери. Ради своей принцессы мужчина был готов на многое. И еще кузен, который никак не желал признавать последнюю волю отца, раз за разом пытался оспорить завещание и отобрать деньги у Вероники. Их дочь была очень обеспеченной девочкой, гораздо более обеспеченной, чем родители. Хорошо, что ей сейчас совершенно нет до этого дела.
— Тори, это нечестно, — разом допив кофе, заметил мужчина.
— Я пытаюсь спасти свою семью. И ты должен мне помочь. Это продолжается не месяц и не два. Полтора года, Ник. Даже мои кошмары не длились так долго, а мне тоже есть что вспомнить.
Она произносила это спокойно, но затаенная печаль горькой тенью мелькала в глубине глаз.
Не забыла, и Ник не забыл. Стоит отвлечься, закрыть глаза, и он снова чувствовал ту жуткую боль, страх, отчаяние и безнадежное смирение. Видел изуродованное лицо с наливающимися синяками и капелькой крови, которая стекала из уголка рта.
Тогда они чуть не потеряли Нику. Маленького ангелочка с двумя крохотными жемчужинками-зубками, румяными щечками и звонким смехом.
— Я позвоню отцу, — сдался он.
— Обещаешь? — прошептала Вика.
Ей важно было услышать от него точный ответ. Женщина знала, что муж всегда держит данное слово. Надо лишь заставить его произнести.
— Обещаю.
Н’Ери поставил кружку на стол и притянул женщину к себе, привычно целуя в макушку, вдыхая аромат ее тела.
— Люблю тебя.
Она тихо рассмеялась, нежась.
— У тебя просто нет выбора. Меня избрал твой хищник.
— Ничего подобного. Первый был я.
— С чего вдруг?
— Я взял тебя на работу, — притворно возмутился он.
Этот разговор повторялся в их семье часто и был своего рода отдушиной, которая помогала расслабиться.
— И прождал два года, прежде чем начать действовать.
— Я присматривался.
— Если бы не З’Ерн…
— Он лишь ускорил процесс. И вообще, женщина, нельзя сомневаться в своем муже!
— Если я не буду этого делать, ты заленишься.
Ник ловко поймал ее руку, подставил подножку и, крепко обняв, наклонил к самому полу, нависая сверху.
— Мне нужна ты, — шепнул мужчина.
— Тогда тебе повезло. Я у тебя уже есть. — Радионяня, оставленная Викой на столе, призывно загулила. — И не только я.
