В окружении ночи, где каждая звезда кажется ближе к тебе, Вика вдруг предложила работу, которую сразу же заставила задуматься. Этот шеф сияющего лица и глаза как разящий меч — непонятное сочетание тепла и холодности. Медленно выпрямившись от его вопроса, Вика решилась на откровенный ответ, открыв новую страницу в своей жизни....
Перекрестились голодные и тяжелые взгляды, и он отступил, понимая, что я права. Это как наркотик, который затягивает в свой омут, и лучше отказаться, чем вновь и вновь оттягивать неизбежное, привыкая и сходя с ума. Потому что дальше будет только хуже. Не для него. Для меня.
— Хотел, как лучше.
— Это не выход.
Кивнул, откинулся на спинку кресла. Напряжение исчезло, уступив место тупой боли и разочарованию.
— Переодевайся, через три часа у нас самолет, — вставая, произнес мужчина.
— Самолет? Мы куда-то летим?
— Да.
— Хорошо, — произнесла, поднимаясь. — Я только сделаю один звонок.
Равнодушный кивок. Будто и не было этого огня между нами.
В спальне, закрыв замок, я еще некоторое время стояла, прислонившись спиной к твердой поверхности двери и задрав вверх голову.
У горла застрял ком, который никак не хотел проходить.
— Справлюсь. Это не может длиться вечно.
Но от былой уверенности не осталось и следа.
Особого выбора одежды у меня не было, поэтому, переодевшись в джинсы и серо-бежевый джемпер, я села на кровать и набрала номер Дашки.
Сестра ответила почти сразу.
— Вика!
— Привет, — улыбнулась, выдохнула и почувствовала, как нормализуется состояние, проходит туман, окутавший сознание, и я становлюсь собой.
— Как тебе это удалось? Так быстро?
Значит, деньги поступили.
— Так получилось.
— Это ведь твой шеф, да? — Голос сестры опустился до шепота, и я услышала в нем нотки любопытства.
Она всегда интересовалась хищниками и была поклонницей сериала «Лунная любовь». Младшая сестренка, которая верила в любовь с первого взгляда и счастливое будущее. В то, что матерого хищника может заинтересовать обычная человечка.
— Это не имеет значения, Даш. Деньги есть, и Морозов останется с носом.
— Спасибо. Надеюсь, это ничем серьезным тебе не грозит.
Я провела пальцами по шершавой поверхности лейкопластыря.
— Нет, все хорошо. Отработаю.
И ведь не солгала.
— Еще кое-что, Даш. У меня не получится прилететь на праздники.
— Но как же… Ты же говорила, что тебе дают четыре дня.
— Обстоятельства изменились. Есть срочный проект, который не смогут завершить без моего непосредственного участия. Сумма вознаграждения очень большая. Мне правда очень жаль.
— Родители расстроятся."
"— Я тоже скучаю. Не знаю, может, удастся вырваться на денек, но не больше.
Говорила и сама себе не верила.
