В мире, где обычный офисный работник может превратиться в хищного зверя за короткий срок, сомнений не возникнет. Руки, привыкшие к клавиатуре, станут нажимать на спусковой крючок. Более того, обычное желание обыскивать тело противника станет уже необязательным. Совесть быстро уступит место необходимому самоpreservation....
Слышу шаги и стараюсь врасти спиною в железобетон. Да, в подъезде нет света – спасибо неизвестному похитителю лампочек. Но у вошедших может быть фонарь!
– Шеф, вот пропуск! Это Карасев!
– Так вот он за кем спешил. Успел, стало быть. Один хер – квартиру проверить нужно! Мало ли что там у него может быть!
И затопали ботинки по асфальту. Сейчас они войдут в подъезд, осветят фонарем холл. А зачем? Для чего им что-то тут освещать? На улице еще не так темно, фонаря у них с собою может и не быть, – а вот дверь лифта всегда светодиодами подсвечена, мимо не пройти.
Однако. Сейчас они поднимутся наверх, каким-то образом высадят дверь ко мне в квартиру, войдут. И что дальше?
Не знаю, что именно они там собрались найти, но времени на то, чтобы все там вверх дном перевернуть, у них уйдет ровно пять минут. У меня дома не слишком много мебели – все по-современному.
Что, пять минут всего осталось? Ну, может быть, шесть или семь. Здесь и похоронят. Выбежать во двор? Ага, а там, у машины, их сколько? И все сразу члены общества слепоглухонемых? Ну-ну… это даже не смешно.
Не знаю, какая вожжа «попала мне под хвост», но вместо того чтобы искать убежище понадежнее, я рванул вверх по лестнице. Лестничные площадки в доме вполне современные, никаких закоулков и поворотов. Откуда бы ты ни шел – видно все. Да и свет еще горит, никаких фонарей не требуется. Ума хватило, чтобы не шуметь, я даже полуботинки снял и шел в носках. Второй этаж. Третий. Наверху что-то грохнуло, заскрежетало. Моя дверь!
– Вы совершили незаконное вторжение в частную собственность.
Моя сигнализация! Сам настраивал. Да, очень мне сейчас такой звонок поможет… тут и на убийства никто не выезжает!
– Вот же сука! – выругался кто-то наверху. – Чуть не пальнул. Я ж тебя!
Что-то грохает. Голос оповещателя смолкает.
– Так-то оно получше будет!
Поднявшись наверх, осторожно выглядываю из-за угла. Моя дверь распахнута, виден свет в прихожей. А ведь я его выключал! В дверном проеме никого не видно, а изнутри квартиры доносятся голоса.
