В мире, где обычный офисный работник может превратиться в хищного зверя за короткий срок, сомнений не возникнет. Руки, привыкшие к клавиатуре, станут нажимать на спусковой крючок. Более того, обычное желание обыскивать тело противника станет уже необязательным. Совесть быстро уступит место необходимому самоpreservation....
Так же, как и сегодня. Вопросы?
– Да понятно все. То есть движуху мы мутим по своему пригляду?
– Да хоть на ушах стойте! Соберешь сильную группировку – тебе и цена другая будет. Втыкаешь? А сейчас вернись в квартиру и считай до ста. Вслух. Потом можешь уходить.
Мой собеседник поворачивается и исчезает в коридоре. А я точно так же на носочках тихонько пробираюсь наверх. Глотка пересохла. А вы попробуйте вот так прошипеть хотя бы пяток предложений! Смею надеяться, я не сильно облажался, и бандит поверил хотя бы части того, что я ему сказал.
Хотя все происходящее начинает мне напоминать пресловутый анекдот о том, как некий мужик покупал по рублю яйца, варил их и снова продавал за тот же рубль. На недоуменный вопрос коллеги по прилавку, в чем смысл данного действия, он ответил, что, во-первых, имеет навар с яиц, а во-вторых, находится при деле.
Сказать, что банда с нетерпением ждала возвращения вновь избранного атамана – сильно погрешить против истины. От этой встречи зависело слишком многое, чтобы относиться к ней как к рядовому событию.
Пройдя к своему месту, атаман поставил на пол автомат, прислонив к креслу. Оное, как впрочем, и оружие, перешло к нему по наследству от убиенного неведомо кем Кирюхи.
Гавриш сел и обвел глазами присутствующих.
– Ну?! – не выдержал Колька Тощий. – Че было-то? Рассказывай!
– Да встретились… – пожал плечами атаман. – Перетерли за жизнь.
– А кто от них был?
– Да хер его знает! Он, сука, не показывался. Да и говорил… скорее, шептал. Хотя все вполне разборчиво получалось. В общем добазарились. Ништяк все будет.
– До чего? – предчувствуя что-то неладное, поинтересовался Толян.
– Торгаш теперь с нами дружить будет. Скидку дает.
