Автор
В холодной тени клинков и алчности Хищного Клана, каждый член готовится к решающей битве. Сделка века ждет своего часа, а ты — последний мост между жизнью и смертью. Атмосфера книги напряженна и острена как клинок, отражая злобу и расчетливость членов клана.
Похоже, «Хищный клан (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сверялся с указаниями трактата, чтобы наверняка ничего не перепутать. В стрессовой ситуации всегда лучше перебдеть.
Голубые очертания рун застыли в воздухе. Светились в этом вечере, словно огоньки. Но их свет мерк по сравнению с жаром, исходящим от муравейника. Эта гора была способна осветить сотни метров вокруг.
Закончив схему проклятья, я захлопнул трактат и поблагодарил его, а затем вернул в рюкзак.
Обратился к окружающим меня источникам воды: в почве и растениях. Стал пригонять её к себе в виде шаров, которые сливались в один большой там, где синим свечением висело моё проклятье.
Я нагонял и нагонял воду. И так до тех пор, пока в воздухе не зависла целая тонна.
— Может, хватит? — опасливо спросил Ленц.
— Почти, — процедил я.
От напряжения сжалась челюсть, а в горле засел давящий ком. Я отдавал проклятью последние частички своей маны.
Оставил себе не больше процента, и то, чтобы не отключиться. А затем направил всю проклятую воду в муравейник. И она вылилась на холм одним большим потоком, заполняя все встречающиеся на пути норы.
— Осталось ждать, — выдохнул я.
— Чего ждать? — спросил Ленц и сел рядом.
— Пока матка сдохнет. По инструкции Морфа следом за ней умрут и все остальные муравьи.
— Интересно. Не слышал о таком. Но похоже на правду. Иначе как объяснить, что эти муравьи никогда не кончаются?
— А чего ты раньше об этом молчал?
— А какая разница? От них не убежать. Только драться."
"Я шумно выдохнул. Понял, почему так бесился трактат. Он хотел предупредить, чтобы не подохнуть вместе со мной в полчище муравьёв, когда у меня закончится мана.
— Давай договоримся, — серьёзно начал я, — что обо всех подобных нюансах ты будешь говорить сразу!
— Да без проблем, — ответил Ленц и прилёг на песок.
Он устало опустил морду на чёрные лапы. И я впервые заметил, какие у него старые, уставшие от жизни глаза.
— Сколько тебе лет? — поинтересовался я.
— Во всех мирах изнанки время течёт по-разному.
— Ну, по человеческим меркам.
— Сто тридцать.
— Ого! Старше тебя только трактат, — я слегка улыбнулся уголком рта.
— Ага. Твоя книжка, что хочет меня убить.
— Больше не хочет. Но всё равно придётся искать Морфу новый рот.
— А зачем? Чтобы он болтал без умолку? Ты же ещё пожалеешь об этом, помяни мои слова.
— Так удобнее, — отмахнулся я, хотя сам предполагал, что моя идея может выйти боком. — И я уже обещал ему. А слов на ветер не бросаю.
— Значит, я не ошибся в тебе.
— Что ты имеешь в виду?
— Я встречал разных людей.
