Автор
Героиня стояла на пороге счастья: любимый жених и долгожданное повышение на работе. Но появление таинственного Саввы грозит разрушить все её планы. Хищный, наглый и опасный — он вернулся в её жизнь, чтобы изменить всё.
— Я ткнула указательным пальцем ему в грудь. — Ведешь себя как хозяин жизни, которому позволено больше, чем другим.
Савва посмотрел на мою ладонь, потом медленно отвел ее от себя и поднес к губам. Я невольно шагнула вперед.
— На самом деле, Катя, ты всегда испытывала ко мне более глубокие и приятные чувства, — бархатным тоном произнес Викинг, отпустив мою руку. — Но твое подростковое упрямство не давало тебе этого осознать.
— Сволочь ты, Савва, — выдохнула я ему прямо в губы. — Хищная наглая сволочь.
Баринов широко улыбнулся. Потом завел правую руку мне за плечи и притянул к себе. Я едва удержалась, чтобы не обнять его в ответ. Так хотелось уткнуться носом в его светлый пиджак, вдохнуть в себя запах терпкого парфюма Викинга и… как маленькой обиженной девочке, пожаловаться ему на Кальянова.
На место растерянности пришла злость на жениха — с чего ему быть недовольным?! За кота получил по делу: как вообще можно было такое выдумать! Ох уж это его вечное желание ублажить Баринова! Я нетерпеливо постучала кулаком по его плечу.
— Что опять не так? — Савва по-прежнему не разжимал объятий. — Можешь называть меня как угодно.
— Тебе всегда не нравился Кальянов?
Баринов поморщился — говорить о моем женихе он, похоже, не хотел. У меня же было двоякое чувство: с одной стороны, я хотела попробовать посмотреть на Пашку глазами другого человека, а с другой — чувствовала себя предательницей. Ведь я стояла в объятиях другого мужчины, который прямо обозначил свои намерения в отношении меня, и обсуждала с ним своего жениха.
— Нет. Не могу сказать, что был им очарован, как ты, например, но поначалу он не вызывал у меня раздражения. Паша казался безвредным простофилей, жадным до чужой жизни. Я чуть не купился на его восторженность.
— Он из не очень обеспеченной семьи, конечно, ему хотелось иметь лучшее…"
"— Он из обычной семьи, — неожиданно жестко оборвал меня Савва. — Так, как он, живет половина людей в стране, а треть — еще хуже. Паша — приспособленец, присасывается к ресурсным людям, с которых можно что-то поиметь, — как ты, я, например. Да та же Диляра!
В глазах Баринова плескался неподдельный гнев, я редко видела Савву таким разъяренным, обычно он умел прекрасно себя контролировать. Сейчас же еле сдерживался. Момент нашей близости был испорчен, Викинг выпустил меня из своих объятий и отошел к окну.
— Так зачем ты меня звал? — сменила я тему. — У нас сегодня будет летучка, кстати?
— В двенадцать, — подтвердил Савва.
