Автор
В приграничных городах, отрезанных от мира вечной стужей, разворачивается борьба за выживание. Форт – сердце этих суровых земель, где каждый день испытание. Не каждому удается остаться в живых в краю, где холод и опасность подстерегают на каждом шагу.
Раздел Chitat.online для книги «Хмель и Клондайк» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В приграничных городах, отрезанных от мира вечной стужей, разворачивается борьба за выживание. Форт – сердце этих суровых земель, где каждый день испытание. Не каждому удается остаться в живых в краю, где холод и опасность подстерегают на каждом шагу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Круз Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
В приграничных городах, отрезанных от мира вечной стужей, разворачивается борьба за выживание. Форт – сердце этих суровых земель, где каждый день испытание. Не каждому удается остаться в живых в краю, где холод и опасность подстерегают на каждом шагу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но это только зародыши, разрастись они – пришлось бы смываться, скорее всего.
Почти на подходе к стройке я в свой прицел еще два гнезда снежных змей нашел, которые пришлось обходить, а на самой стройке заметил тусклое голубоватое сияние чьей-то ауры, в двух экземплярах.
Если тусклое и еле заметное, то это не человек, у человека аура куда ярче. Если голубоватая, то почти наверняка тварь – производное от Стужи. А если учесть двух убитых снежных обезьян, то это, скорее всего, еще две. Или больше.
Дошли до стройки, обнаружив у входа в нее сразу три вагончика-бытовки. И почти целые, разве что без окон, потому что сделаны из какого-то слоистого пластика. Пошли вверх по бетонной лестнице всей кучей, ощетинившись стволами. На уровне второго этажа ветер резко усилился, на третьем еще больше. И там же, на третьем, на нас разом кинулись три обезьяны."
"Расстояние было минимальным, метров десять, наверное. Одной я попал картечью в башку, свалив на месте и превратив морду с оскаленной пастью во что-то вроде горелки, но две добежали до нас. Одна свалилась под ноги Диего, схватив три заряда, а еще одна успела вцепиться когтями в ногу Длинному, и только потом он ее добил, выстрелив в башку практически в упор, отчего нас заляпало ошметками серого, словно бы гнилого, мяса.
– Твою мать, – Леха зажал ладонью кровящую рану.
– Замри, – Диего рванул молнию на аптечном подсумке. – Сейчас все сделаем… Вы идите, там еще этаж, – обернулся он к нам с Дмитрием.
Мы аккуратно поднялись, но ничего враждебного больше не обнаружили. Бетонные перекрытия, бетонные опоры, местами стенки выложены из пеноблоков, местами еще не выложены. Вот и все. И ветер пронзительный. Но видимость с этого места отличная – и на кирпичный корпус, и на окна конторы, и на место стрелки.
– Надо бытовки проверить, – сказал я задумчиво. – Если в них спрятаться можно, то это оптимальная позиция.
Если не считать того, что мы нашли ледяного ходока без руки, ноги и головы практически возле пикапа, отход и эвакуация прошли без приключений. Пикап легко развернулся на снегу, так же легко добрался до дороги, и совсем скоро мы прошли контроль на КПП у Западных ворот. Потом Диего повез Леху в больницу, а мы с Дмитрием заехали за гусеницами для «сабербена», а потом погнали на сервис, к Беленькому. «Сабербен» был уже починен, ну и колеса нам сменили на гусеницы перед тем, как отдать машину. И даже когда мы уезжали, Сема пританцовывал вокруг нас в тихой тоске, изо всех сил интригуя и намекая на то, что надо сделать его исключительным дистрибьютором таких вот комплектов.
«Сабербен» пришлось загнать во двор через задние ворота, которые открылись с большим трудом, потому что машины как-то неожиданно размножились.
