Зима затянула степь толстыми шкурами снега, а верный Лашкевич следовал за Аном Нестором по запорошенной дороге. Черногвардейцы в санях охраняли несчастного Махно, который жалуется на трудности в жизни анархического общества.
Там сидели люди, стучали «Ундервуды», шелестели бумаги, кто-то что-то кричал по телефону, надсаживая глотку.
– Мне насчет ордера! – обратился Махно к мужчине, сидящему к нему спиной. Мужчина был обрит наголо. Обернувшись, он чудесным образом оказался женщиной, в кофте с оборками и в пенсне.
– Вам на воблу? – строго спросила женщина мужским прокуренным голосом. – Астраханский поезд еще не пришел. Завтра! Но сначала будем отпускать красноармейским кухням…
– Мне на комнату ордер! – прошипел уже начавший выходить из себя Махно.
– Там! – Махнула рукой женщина, вновь повернувшись к нему спиной.
Махно заглянул в следующую комнату, громко прокричал:
– Ордер на комнату!
Взмахивая руками, его посылали дальше по коридору.
Нестор остановился, поняв, что следует кого-то поймать и, не отпуская, расспросить. Но все торопились, никто не обращал на него внимания. У каждого были свои важные неотложные дела, не имеющие отношения к нуждающемуся в помощи человеку.
Неожиданно возле Махно приостановился явно никуда не спешащий человек.
– Заблудились, товарищ? – спросил он, будто бы узнав Нестора. – Приезжий? Вы к кому?
– Да мне бы ордер на проживание… на день чи два…
– Какие пустяки! – удивился незнакомец. – А вы, судя по всему, с Украины?
– С Катеринослава.
– С обстановкой на Украине в общем знакомы?
– Ну почему же в общем, – ответил Махно. – Очень даже знаком.
– Замечательно! – обрадовался лобастый. – Пойдемте! Решим ваши вопросы!"
"И он – под локоток – повел Нестора по коридору, пока не довел до двери с надписью «Председатель ВЦИК Я.М. Свердлов». И, мимо секретаря, лишь слегка кивнув, проводил Махно в другую, внутреннюю комнату, где у карты беседовал с кем-то маленький тощий человек в кожаной куртке и кожаных же штанах, остробородый, с лицом землистого цвета, в пенсне, хмурый, сосредоточенный, очень деловой. Взгляд у него был пронзителен, строг.
– Вот, Яша, товарищ из Екатеринослава… – сказал приведший Махно. – Из самой гущи. Как раз к твоему докладу.
Свердлов оценивающе посмотрел на Махно. И Нестор ответил ему таким же взглядом. Свердлов нахмурился, отвел глаза.
– Вы кто? – спросил он голосом анкетирующего.
– Махно. Нестор Иванович.
Свердлов поморщился: его не это интересовало, а самая суть.
– Партийность? На какой платформе?
– Председатель Гуляйпольского Совета крестьянских депутатов.
