Автор
Катя погружалась в невыносимо сильную головную боль, как будто ее мозги разъедали паразиты. Сухость горла не давала дышать, а странное движение внутри — жжение и дискомфорт, как если бы густой песок постоянно заполнял легкие. Катя пыталась приоткрыть глаза, но это было хуже всего....
Как же мне его не хватает!
- Давай так, - снова вздыхает Глеб. – Я попытаюсь чем-нибудь помочь, что-то узнать. А ты даешь мне обещание, что больше не будешь спиваться. Закончить жизнь под каким-нибудь забором, - не лучший вариант, правда?
Да… Только вот в последние дни жизнь для меня такая обжигающе-болезненная, что только и делает, что корчит от боли! Так что… Может ли быть хуже?
- Катерина, - глаза и голос Глеба теплеют, и он даже как-то неловко приобнимает меня. – Жизнь иногда лупит по мордасам, это факт.
"Да, что-то подобное мог бы сказать и Стас. А я бы его спросила « обещаешь»? Устроившись у него на коленях и уткнувшись лицом в плечо. А он бы ответил : « Я тебе клянусь!», гладя меня по волосам и утирая слезы. И ему я бы верила…
Хочется закрыть лицо руками и просто выть. Орать, как оголтелая. Чтобы вышло оно из меня, это гнетущее отчаяние, этот невыносимый сгусток боли, который убивает каждое утро, стоит мне только вынырнуть из сна и обо всем вспомнить.
Оставайся, если хочешь, сегодня на ночь, - Глеб похлопывает меня по плечу и я вижу, что, с одной стороны он так старается меня поддержать, а , с другой, боится напугать и что я окончательно забьюсь в угол. – Прости, что наорал. Но ведь и за дело.
Я киваю, стараясь не разреветься снова. За дело, чего уж там. Он ведь прав.
- Давай, - я замечаю, что за окнами уже стемнело, - и когда только время прошло? – Ложись и высыпайся.
Я только качаю головой, - звонить мне совершенно некому. На фирме родителей я предупредила еще вчера, что меня какое-то время не будет. И, хоть он мне совершенно чужой человек, накатывает понимание, что лучше остаться с ним, хотя бы на эту ночь. Просто потому что не выдержу пустоты в нашей квартире. И действительно начну орать, а, может, даже биться головой об стену.
- Может, хочешь еще чего-нибудь? У меня где-то было что-то сладкое.
- Нет, - качаю головой. – Спасибо.
Снова тяжело вздохнув, Глеб подхватывает меня на руки, - уже совсем не так, как до этого, - грубо и резко, а как-то… заботливо, что ли? И несет в комнату.
