Автор
Катя погружалась в невыносимо сильную головную боль, как будто ее мозги разъедали паразиты. Сухость горла не давала дышать, а странное движение внутри — жжение и дискомфорт, как если бы густой песок постоянно заполнял легкие. Катя пыталась приоткрыть глаза, но это было хуже всего....
Какой бы высокий гонорар ему ни предлагали. И дело не только в морали, - у него просто физически не хватает времени. Так что это – большая удача, что делом Руслана занимается именно он. Чем больше я вникаю в хитросплетения процесса, тем больше понимаю, насколько здесь все сложно. И Пирс, что ни говори, а самый настоящий волшебник, адвокат от Бога. Хотя и он не в силах сделать невозможного…
- Больше нет, Юлий Соломонович. Сейчас я вижу свое будущее совершенно в другой сфере.
Это решение далось мне непросто.
Но за те несколько дней, когда я жил один и у меня была возможность все хорошо взвесить и обдумать, я принял свое окончательное решение.
Потому что, даже если удастся спасти хотя бы одну судьбу – жизнь уже прожита не зря.
И теперь я твердо уверен, что это стоит той ломки, когда понимаешь, что ничего сделать просто невозможно.
Хотя…
Наше дело показало, что невозможного нет, - было бы упрямство!
- Зачем вам это? – вздыхает Пирс.
- Потому что я хочу делать в жизни что-то стоящее. Больше того, я чувствую, что способен на это. А более стоящего, чем человек представить невозможно.
- Хочу! – вскидывается адвокат. – Стоящее! Чувствую! Это все – не юридические термины, юноша.
- Я готов пахать 24 часа в сутки, - сжимаю челюсти, твердо настроенный не отступать. – Бесплатно, пока буду учиться.
- Дорогой вы мой, - усмехается Пирс. – В этом деле приходится учиться всю жизнь! Законодательство не стоит на месте, да и двух одинаковых дел не бывает. Готовы умереть в нищете?
- Просто дайте мне шанс. Надеюсь, я отработаю как-нибудь уж свой кусок хлеба.
- Много рвения и никаких знаний, - бормочет он, снова присаживаясь и барабаня пальцами по столу.
- Можно? – стук в дверь некстати отвлекает нас от разговора, который сейчас определяет мою дальнейшую жизнь. И еще более некстати в нее просовывается голова Карина.
- Группа поддержки? Или пришли отговаривать друга от роковой ошибки? – пока Пирс не видит, я делаю зверское лицо, пытаясь тонко намекнуть Андрюхе, чтобы он убирался на хер. И без него непростой разговор у нас получается.
Но после того, что мы пережили, не поделиться с другом своим решением я просто не мог. А Андрюха поехал со мной вместе, и сейчас, по идее, должен был мерить шагами мостовую под офисом, держа кулаки за друга.
