Автор
В громком мужском голосе разливался протест против принадлежности этого дома той самой дамы. Она стояла на коленях, покрывая лицо горькими слезами, как будто отчаянно пытаясь убедить собственных родных в ее праве жить здесь. В таверне царил беспокойный шум, а зеленистые стены сияли светом извне, создавая насыщенный мир вокруг неё....
И не стоит ставить их слишком близко к таверне, – заметила я, постучав в закрытую дверь, – Санта, открывай, это мы.
– Ой, вы чего же в самую темень-то поехали? – спустя какое-то время, дверь распахнулась, и женщина впустила нас с Ладяной внутрь. Деник остался во дворе распрягать лошадь.
– Лучше так, чем ночевать на том постоялом дворе, – буркнула, пропуская вперед Ладяну.
– Детка, как ты и велела, никого в помывочную не пускали, – отчиталась Санта.
– Не поняла…– тряхнув головой, попыталась избавиться от сонного состояния.
– Так постояльцы с утра въехали. Вот и говорю, в помывочную не пускали. Дарушка мой сам воды им натаскал, – пояснила Санта, кутаясь в старенький платок.
– Много? Постояльцев? – все еще никак не придя в себя, путанно спросила.
– Так пятеро. Три комнаты заняли. Но ты не переживай. Плату я с них за комнаты сразу взяла. А обед им сынок в комнаты носил, и они тоже заплатили. Сразу, – Санта даже кивнула, подтверждая свои слова.
– Ух, ты! А надолго? Не сказали на сколько дней? – сон, как рукой сняло.
– Пока на два дня. Они за мясом в деревню приехали. Далия, а нам ведь тоже мяска-то надо. То уже заканчивается…
– Завтра… Ой, нет, сегодня съезжу, – тихо произнесла, прикинув, сколько денег отложить на покупку мяса, – Спасибо, Санта, что бы я без тебя делала? Иди отдыхай.
– Ох, чуть не забыла! Уланка приезжала, привезла весь заказ, – вспомнила Санта, прежде чем покинуть зал.
А я уже окончательно проснулась и сомневаюсь, что стоит ложиться. У меня снова громадье планов и нужно все, как следует обдумать.
У всех вошло в привычку зайдя в зал, мыть руки. И как-то это правило так быстро прижилось, что я уже и не обращала внимания на «своих», а вот «гостям» понадобилось время, чтобы привыкнуть к этому правилу таверны.
Утром, когда я уже приготовила на завтрак дранники со сметаной, опробовав терку, изготовленную для меня кузнецом, испекла несколько булок ржаного хлеба в новой форме и обжарила домашние колбаски с чесноком и приправами, постояльцы спустились в зал.
"И если домашние колбаски их порадовали, драники удивили, то хлеб вызвал восхищение несмотря на то, что он был из ржаной муки. Я мысленно потирала руки, ряды поклонников моей выпечки росли с каждым днем.
За мясом мы отправились на трех телегах. К слову, в темноте ночью я даже не заметила их во дворе.
