Потерявся в переполненной радостью и страхом пространстве, она пыталась осмыслить случившееся — кто-то несётся прямо к ней, а маршрутка уже выехала с остановки. Опустила взгляд вниз — свои обгоревшие ноги, словно живой отчёт о том, как она недавно бежала по мокрым тротуарам....
Похоже, «Хочу играть в тебя» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Гад оставил в покое джинсы и потянул руку к моим губам, а я попыталась укусить его за палец, несмотря на то, что это совершенно не поможет.
Тошнить продолжало неимоверно, так плохо мне еще никогда не было. А тяжесть туши сверху не давала возможности не то, что повернуться на живот, сдвинуться хоть на миллиметр.
— Хотя, не понял, как они вошли, вроде ж калитку закрывал.
Шаги раздались совсем рядом, и вдруг давление на меня исчезло, Мишку будто потянуло куда-то назад, либо я уже не в себе. Тут же перекатилась на живот, слетев с кресла и больно приземлившись на локти и колени.
Резко развернулась и не поверила своим глазам.
Не могла понять, как получилось, что он тут, или это просто мои глюки от нервного перенапряжения. Но это действительно он, и в данный момент был занят тем, что жестко и методично избивал Царева. Тот еле успевал подняться, как получал новый удар и сгибался пополам.
— Бля, с ума сошел, ты вообще кто? — после очередного удара Царев сплюнул кровь и принялся шарить глазами по сторонам, на секунду остановив мутный взгляд на мне. Я машинально отползла подальше.
— Как ты? — Марк быстро посмотрел в мою сторону и вновь сосредоточился на противнике.
— Я в порядке, нормально, — произнесла быстро.
Царев вдруг сделал рывок и кинулся к ящику, тому самому, к которому несколько минут назад кидалась я, но тут же получил следующий удар и завалился на пол.
— Бля, ты хоть знаешь, кто мои предки? Да они тебя…
Не обращая внимания на его слова, Марк присел, сгреб Царева за шиворот и приподнял.
— С этой секунды ты забудешь о ее существовании, ты меня понял? И плевать кто там у тебя и что.
Не думала, что его голос может быть таким. Обманчиво спокойным и вместе с тем жутким, таким, что сразу хочется исчезнуть, лишь бы тебя не заметили и оставили в покое.
— Понял, отпусти.
Лицо Царева было разбито, по губе стекала кровь, я лишь отстраненно наблюдала за этим не в силах произнести ни слова.
— Скажи еще раз, — потребовал Марк, снова его дернув, так, что тот застонал.
— Понял, бля, не знал, что девка твоя.
— Теперь знаешь.
