Автор
В Милане Лючия запечатлела великолепные памятники архитектуры и живописи, но все больше хотелось сделать приятное своей дочери. Церковь Санта-Мария делле Грацие с ее замысловатой фреской Леонардо да Винчи стала главным кемпингом для семейного отдыха, где каждый день был новым открытием и сюрпризом....
Похоже, «Хочу любить» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Девушка полностью принадлежала любимому, готовая целиком подчиниться его требованиям. Она скинула одежду и помогла ему освободиться от джинсов и рубашки прежде, чем он увлек ее в постель.
— Моя дорогая, единственная, — говорил Бруно с нежностью.
Он гладил шелковистую кожу, мягкие округлости груди, тонкую талию, золотисто-рыжеватые волоски, закрывавшие лоно.
Женское тело жаждало страсти и обещало блаженство. Лючия жадно потянулась к Валенсо.
— Я хочу тебя. Немедленно, — прошептала она.
Его пальцы скользнули в мягкую плоть и дотронулись до самых потаенных мест.
Бруно легко вошел в нее, и Лючия полностью раскрылась, принимая мужчину. Два существа слились воедино, стремясь подарить друг другу высшее наслаждение…
Позже Лючия прильнула щекой к плечу Бруно, не в состоянии шевельнуть даже пальцем, а он легонько водил рукой по ее позвоночнику.
В следующий раз они занимались любовью неторопливо, не стесняясь доставлять друг другу эротическое удовольствие, и снова взмывали в высоту пьянящей чувственности.
В самолете Лючия спала и очнулась от того, что кто-то тряс ее за плечо. Открыв глаза, она встретилась взглядом с Валенсо.
— Привет, — тихо поздоровалась она, наградив Бруно такой обещающей улыбкой, что у него перехватило дыхание.
Не обращая внимания на пассажиров, тоже путешествующих первым классом, граф наклонился и запечатлел на ее устах долгий поцелуй.
— Я забронировал номер в гостинице. Прежде чем полетим дальше, отдохнем. Часов четырнадцать, — сообщил он.
— Всего-то? — лукаво проговорила Лючия.
Его рот расплылся в чувственной улыбке.
— А тебе мало?
Протянув руку, Лючия провела по мощному изгибу его подбородка, потом накрыла щеку ладошкой.
— Я люблю тебя.
— И ты говоришь это здесь, — тихо застонал Бруно, — в самолете, где я ничего не могу сделать!"
"Девушка наградила его ангельской улыбкой, совершенно не соответствующей колдовскому блеску в глазах.
— Терпение, говорят, полезно для души.
Ответной взгляд не скрывал иронии над собственным неукротимым пылом.
— Терпение, — подчеркнул он, — несомненно, повредит моему самообладанию.
Лючия тихо рассмеялась.
— Обещаю, у тебя появится возможность наверстать упущенное.
