Автор
Паулина – еще раз повторяет: последний срок для заселения был в понедельник. Сегодня четверг, завтра — первый сентября! Как она вообще может так думать? Я застаиваюсь на пороге комендантской каморки, ожидая решения этой абсурдной ситуации.
Она мне за один короткий вечер до хрена увечий нанесла, а жить с этой бешеной оторвой несколько месяцев под одной крышей – самоубийство. Об этом, естественно, я любящему папаше не скажу, но подыскать уже сейчас своей дочурке жилплощадь посоветую.
– Павел, – опережает меня Зайцев, прежде чем я успеваю открыть рот, – вы ребята молодые. Москва – город дорогой, а Пашка у нас девушка самостоятельная и гордая… – пф-фф, нашел кому рассказывать, – поэтому конструктивный разговор мне проще вести с тобой – со взрослым серьезным парнем, нежели с ней.
Хотелось бы мне сказать, кто тут еще в опасности, но прикусываю себе язык, ведь предложение-то очень даже заманчивое.
Офигеть, сорок косарей за грызунью?! Да я ее уже почти люблю. За деньги? Да!
– Василий Романович, спасибо, но я зарабатываю и… – включаю «добропорядочного родственника» для видимости.
– Павел! Даже не вздумай отказываться! Отказа не приму, – требовательно перебивает меня дядь Вася.
Я че, дурак, чтобы отказываться? Мне бабки нужны. Тачку до ума довести и ремонт этот долбанный доделать.
– Ладно, спасибо, – говорю так, будто мне такой расклад не нравится.
– Вот и славно, – радуется мужчина. – И, Паш, я тебя попросить хотел. Ты Паулинке про наш разговор ничего не говори. По-тихому буду тебе переводить и все. Меньше знает, как говорится, крепче спит.
Ваще, зачет!
– Как скажете.
– Ну давай, сынок. Спасибо тебе еще раз. Если что от нас с матерью потребуется, не стесняйся, звони, говори. Еще добавим.
Да блть, какое доброе утро!
– Хорошо, спасибо.
– Только, Паш, ты там это…– неожиданно мнется дядя Вася, – раскладушку уж ей купи.
– Без проблем! Как раз сегодня собирался, – бессовестно вру я.
Мы прощаемся на приятной обоим ноте.
Буквально через пару секунд на карту мне падают сорок косарей.
Рот разъезжается в довольной улыбке до самых ушей.
Пара месяцев. Одна жилая комната. Несносная соседка. Ежемесячное лавэ.
Нос улавливает что-то аппетитное. Принюхиваюсь. Из кухни тянет жрачкой. Годной жрачкой.
