Автор
Когда ты думаешь, что уже забыла лицо друга, который был рядом годами, как внезапно он превращается в нереальный сон. Вместе с друзьями вы едите свежие тосты и диетические тортики, а Новиков без устали рассказывает об интересных завтраках. Как забыть это место, где все кажется чудесным?...
Похоже, «Хочу тебя любить» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глава 18
Смотри, я не страдаю…
© Кирилл Бойко
– Ты меня многому научил, Чарушин.
– А ты меня, Центурион.
– Уф… Не называй так!
– Прости. Это я любя.
Сжимая кулаки, со злостью смотрю вниз, на двух самых близких для меня людей – лучшего друга и девушку, в которую я когда-то умудрился вмазаться насмерть. Задерживаю дыхание, чтобы тормознуть штурмовую атаку всех тех чертовых воспоминаний, которые, как бы я ни бился, хранятся в моей голове. Медленно выдыхаю, тихо отступаю и иду обратно на парковку. Но в груди уже горит огнем.
– Все нормально? – Карина улыбается.
Мне не нужно делать то же, просто потому что никто не ждет, что я буду подыгрывать каким-то эмоциям.
– Поехали, – бросаю ей."
"Небрежно маячу парням пятерней и забираюсь в салон. Завожу мотор прежде, чем Карина занимает пассажирское сиденье. Она молчит. Она, в отличие от Любомировой, никогда не лезет с расспросами. Даже когда я без каких-либо объяснений подвожу ее к общежитию, реагирует спокойно.
– Ладно… До вечера, да?
– Сегодня буду занят.
– Хорошо… Тогда пока.
Слегка подаюсь к ней, когда она тянется и на мгновение прижимается к моей щеке губами.
– Буду скучать, – сообщает это и краснеет.
А у меня, блядь, нигде не отзывается. Вот почему? Какого хрена?
Уже у двери Карина оглядывается и машет на прощание рукой. Я смотрю на нее и пытаюсь понять, что не так. Она красивая, уравновешенная и нежная. С ней все просто. Она не старается мной манипулировать и в принципе наебать не способна.
Отца на хрен вычеркнул из своей жизни. Любомирову – туда же. Не хочу о ней даже думать. Но, блядь, ведь думается! Ненавижу это. Если бы я понимал, в какой части мозга расположена эта душная яма, я бы вскрыл череп и без сожаления выгреб ее наружу.
Остановка сердца. Срыв дыхания. Полный вынос мыслей.
Пауза, которая, если я не справлюсь вовремя, будет стоить мне жизни.
Зато Любомирова на меня так ни разу и не взглянула. Даже из любопытства не посмотрела. Настолько ей похрен.
Вечером я действительно работаю.
