Автор
Когда ты думаешь, что уже забыла лицо друга, который был рядом годами, как внезапно он превращается в нереальный сон. Вместе с друзьями вы едите свежие тосты и диетические тортики, а Новиков без устали рассказывает об интересных завтраках. Как забыть это место, где все кажется чудесным?
Похоже, «Хочу тебя любить» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Да к черту, на хрен все! Я и так не вытягиваю.
Чара копается в телефоне, а я, как дебил, откидываюсь на спинку и пытаюсь прочесть мемуары, которые он строчит. Ну, ей же. Кому еще?
Артем *Чара* Чарушин: …и я надеюсь, что ты не накручиваешь насчет того, что случилось вчера…
Отворачиваюсь и выпрямляюсь, когда Чарушин вскидывает голову. Прижимаю к губам кулак. С силой давлю локтем в стол.
Что случилось вчера? Она же была в общаге. Или потом… Сука… Снова нутро вырывает, будто мне не похуй. Да не похуй, конечно!
Артем *Чара* Чарушин: …с моей стороны все серьезно. Я тебя…
Откашливаясь, снова в последний момент отвожу взгляд.
Что еще за «я тебя…», мать вашу? Будет ли странно, если я вырву у него трубу и все прочитаю? Да будет, безусловно.
– А что у тебя с Кариной? – спрашивает Чара пару секунд спустя, блокируя и откладывая телефон. – Слышал сплетни, что у вас финиш.
– Ну, финиш, и че? – выдаю с наездом и смотрю на него в ожидании какой-то провокации.
Буром пру. Только зачем?
– А че так? – в тон мне отзывается.
– Попустило, – бросаю так же резко.
– Хм… А держало?"
"– Не твое дело, – это уже совсем агрессивно.
– Ну, да… – наконец, ухмыляется Чара. Прям счастливый, мать его. – Не мое, – и давай насвистывать.
Развожу руками и мотаю головой в сторону кафедры. Препод как раз выпадает из тела и возмущенно рявкает, приказывая всем заткнуться.
А потом… На следующей перемене я встречаю Любомирову в холле.
Она давно другая. Яркая. Дерзкая. Еще красивее. С этими синими волосами, мать ее, попросту феечка. Свихнись, Бойка, окончательно!
И она… Проходит мимо меня, как обычно, не поднимая взгляда. Вдавливая стопы в дно кроссовок, сжимаю руки в кулаки. Топлю желание рвануть ее на себя и заставить посмотреть в глаза.
Судорожно глотаю дурманящий запах, хрипло выдыхаю и неосознанно оборачиваюсь, когда Любомирова минует меня. Пялюсь на затянутые в черную кожу круглую задницу и длинные ноги. Сука, веду себя, будто недоедающая псина. Но я, и правда, несмотря ни на что, подыхаю от голода. По ней.
Даже зная, какая она, все еще готов отдать все на свете, чтобы к ней прикоснуться. Чисто по Любомировой я брезгливая скотина, но это, блядь, не мешает мне мечтать о ней, дрочить, представлять во время секса. А после до тошноты ненавидеть себя.
Сейчас она проплывает мимо и буквально растаптывает посеянную вчера тупую надежду. Да похрен ей на меня, конечно. Выдумал, блядь! По-прежнему в упор не видит.
