Автор
Наша компания предлагает вам заглянуть внутрь невероятной книги "Хочу тебя любить" (СИ), где жизнь студенток выходит за рамки студенческой жизни. Они общаются перед лекциями на кофе, но каждый из них прячет свое сердце от неизвестности о том, какими они действительно являются другим. Наполненная юмором и теплотой, эта история создает атмосферу уютного университетского кафе, где каждое слово - важная лепта к братанию душ в поисках любви и понимания....
Похоже, «Хочу тебя любить (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Даже не точку, а жирное тире. А вместо этого получаю короткую, как дефис, черточку.
– Просто ладно.
– Шикарно, блядь, – тяну разочарованно.
Почти обиженно, как ни позорно. Иначе не получается.
– Хватит гнуть маты, – рычит в ответ Любомирова. – Мне, если что, неприятно.
– Если что, мне тоже, пиздец, как неприятно.
– Что именно?
– «Просто ладно»!
– И что не так?
Надо бы развернуть все окончательно. Но не могу я. Не получается. Какой-то кол прорезает грудь – ни вдохнуть, ни выдохнуть. Не то что говорить.
– Все так, – выдаю сухо и отступаю.
Соскальзывая к краю кровати, хватаю с тумбочки сигареты. Рано распрощался с пагубной привычкой. Подкуриваю, задерживаю в легких, медленно выдыхаю.
Любомирова подбирается неожиданно. Обнимает со спины, как когда-то. Прижимается губами к шее. Дрожь сходу разбивает, едва сигарету не роняю. Замираю, чтобы как-то держаться в куче.
– Зачем спрашиваешь, когда сам… С ней… – тихо льются первые нотки боли.
Сглатываю, потому что влетает в грудь, как снаряд.
– Если тебе было больно хоть вполовину, как мне, то мне жаль, – выдаю и надолго замолкаю. Просто не могу продолжать. Снова сгребаю все, что есть. Варя не двигается, и я не шевелюсь. Очень боюсь спугнуть. Вдруг ослабит объятия и отвернется... Каждую секунду отмеряю ньютоны воздействия. Только бы не уменьшилось. – Я не знал, что ты меня… – шумно вздыхаю, когда давление ее рук и тела становится интенсивнее.
– Дурак… – так же тихо выговаривает Варя. – Я не смотрела, чтобы не запоминать, – шепот становится чаще, гуще и каким-то раскаленным. Нагревает докрасна. – Для меня ничего не было, слышишь? Не было ничего! Слышишь? Не было! А если бы посмотрела? Если бы посмотрела, не смогла бы! Не простила бы.
Резко отбрасываю потухший окурок в пепельницу. Нет, мимо пепельницы. Похрен. Стремительно разворачиваюсь и, сгребая Варю руками, прижимаю так крепко, что дышать невозможно. А может, и не от того… Зарываюсь лицом ей в шею. Судорожно и хрипло тяну воздух. Сердце колотится, проламывая дорогу в ее грудь. Как же я хочу вот так… Всю ее полностью. Мало мне. Мало. Всю хочу. И сердце тоже.
– Хочу… – выдаю вслух неосознанно.
