Автор
Да, в этом произведении Никита оказывается в клубе вместе с друзьями и узнает, что его подругу Лилю отправили туда для мести за него. Здесь нарушение границы вызывает не только желание, но и непередаваемую атмосферу опасности и недовольства. Внутренняя схватка между чувствами и душевным спокойствием в клубе становится центральной темой этой СИ-книги....
Почему-то винит себя. Мол, надо было силой удержать меня дома.
Это все равно бы случилось. Они следили за мной. Психически больная Юля заказала им меня. А сидеть в квартире вечно я бы все равно не смогла. Рано или поздно пришлось бы выйти на улицу.
После родителей приходят друзья. Я понимаю, что они из лучших побуждений, хотят поддержать, но их визиты только тяготят меня. Мне не хочется ни с кем общаться и никого видеть. Хочу, чтобы меня оставили одну. А когда Соня приходит навестить меня вместе с почти годовалым сыном, меня вовсе ломает.
У меня мог бы быть такой же сын. Наш с Никитой сын. Горло дерёт, отворачиваюсь, чтобы Соня не увидела мои слёзы. Она не знает, что я потеряла ребёнка, не знает и о моем бесплодии. Не хочу ее жалости и сочувствия. У нее самой-то есть ребёнок от любимого. Соня смогла сохранить малыша, несмотря на то, что на раннем сроке ее сильно сбила машина.
— Почему ты лежишь в гинекологии? — спрашивает робко.
— Пострадали органы малого таза, — смотрю в сторону.
Боковым зрением вижу, как в ее руках вертится сын. По венам вместо крови кислота течет, разъедает меня. В висках пульсирует мысль: «У меня тоже мог быть сын. У нас с Никитой мог быть сын».
— Сильно пострадали? Может, давай тебя Игорь посмотрит?
— Хочешь, чтобы я раздвинула ноги перед твоим мужем?
Сарказм сочится из меня. Это единственный способ бороться с болью и слезами.
— Игорь — лучший гинеколог Москвы, — строго говорит. — У него рожают жены всех олигархов.
— Не надо, со мной все в порядке.
Соня замолкает. Кожей чувствую: хочет возразить.
— Никита знает? — переводит тему.
— Наверное. Его должны были допрашивать.
— Мне ему что-нибудь сказать?
— Что именно?
— Ну, что с тобой такое произошло.
— Не надо. Думаю, он уже знает.
— А вдруг не знает?
— Забей, Сонь. Что это изменит? Он все равно не приедет.
— Я думаю, мог бы приехать.
— Приехать зачем? Пожалеть меня, снова повторить, что мы расстались, и опять уехать? Сонь, пожалуйста, не лезь не в свое дело.
— Да-да, конечно.
— А теперь можешь, пожалуйста, уйти и больше не приходить?
Соня теряется от моей грубости. Я знаю, что перегибаю палку. Но иначе она будет навещать меня каждый день и ребенка своего брать.
