Обслужи, чтоб яйца звенели.
Его голос. Резкий и отрывистый, абсолютно ледяной. Проходится по коже точно плеть.
Опять эта жесткость. Даже жестокость. Но видимо я это все заслужила. Шлюха есть шлюха. С падшей женщиной никто церемониться не станет.
Я делаю то, чего он хочет. Точнее стараюсь. Обхватываю плоть губами, покорно облизываю и обсасываю. Пытаюсь сосредоточиться на его удовольствии. Но своё целиком и полностью теряю.
Это горько. Больно. Не физически. А ещё куда хуже. Внутри царапает, словно ледяные щипцы внутренности терзают.
Мускулистые бёдра сжимают мое тело. Как в стальной капкан заключают. Даже если захочу выбраться, мне вряд ли удастся. Я точно в кольце из самого крепкого на свете металла. В заключении.
Гигантский член подрагивает во рту. Сильнее, мощнее. Он разряжается, ударяя бурным потоком семени в нёбо. А я послушно глотаю. Вкус не кажется неприятным.
И черт. От этого ещё хуже. Мне нравится его запах. Везде. И ощущение на языке.
Лучше бы тошнило. Лучше бы отвращение вызывало. Но мне хорошо. Безумно хорошо, даже если я прекрасно осознаю свою жуткую участь. Своё низкое положение в его глазах.
Амир действительно сделал меня своей шлюхой. Легко, играючи. Подмял и смял. Всю мою невинность отобрал. Отнял до капли.
Отстраняюсь. Украдкой слезы вытираю.
— Дрянь, — рявкает амбал, резко поднимается и своими лапищами меня обхватывает. — Какого хрена?
— Что? — выдаю с вызовом, но на волю прорываются рыдания.
— Гребать, — как громом бьет. — Откуда истерика?
— Пожалуйста, не выражайся… — бормочу.
— Да это не мат, мля, — заявляет раздраженно.
— Я такого слова не знаю, — шмыгаю носом. — Звучит непристойно.
— Ну значит русский язык тебе надо подучить, — хмыкает. — Так чего в слезы ударилась?
— Я не хочу быть твоей шлюхой, — выпаливаю прямо.
— Не будь, — ухмыляется."
"А потом на спину меня заваливает, раздвигает ноги толчком, устраивается между разведёнными бёдрами и шею мою зацеловывает. Действует настолько быстро, неудержимо и неотвратимо, что невольно задыхаюсь от напора.
— Будь моей женщиной, — шепчет на ухо, пока его ладони под мои ягодицы подбираются и зад мнут, жадно сжимают.
— Это как? — голос теряю. — На ночь?
— За ночь тобой не натрахаюсь, — нависает надо мной и скалится. — Даже не мечтай. Я так скоро тебя не отпущу.
Глава 43
Я смотрю на карту. Долго. Слишком долго. Понимаю, в каком дерьме оказался. И это только начало. Первый вызов. Разминка перед настоящим боем. Урод пытается меня нагнуть на моем же поле.
Пытается? Бля. Да, он уже нагибает меня. Всех нас. Причем достаточно успешно. Всухую имеет. Размашисто. С оттяжкой. На полную длину вгоняет и долбит без особых прелюдий.
Охренеть какой расклад. А я позволяю. Сглатываю. Обтекаю. Гребануться просто.