Автор
Героиня мечтала о сказке под Новый год, но вместо романтической встречи попадает в плен долга. Парень взял деньги в займы, и теперь она вынуждена отрабатывать его долг человеку, который готов потребовать от неё всё. Между ними вспыхивает опасная игра страсти и манипуляции, где нет места мечтам.
Амир смотрит на меня, точно сожрать хочет. Нет, не так. Точно уже жрет.
Мужчина не употребляет алкоголь. По крайней мере, при мне не заказывает ничего спиртного, пьет исключительно воду. Но чем больше времени проходит, тем сильнее разгорается порочное пламя в его глазах.
Он курит кальян. Затягивается и выдыхает дым в потолок. Не могу отвести взгляда от его четко выделяющегося кадыка, от мерно вздымающейся широкой груди. Стараюсь меньше внимания уделять этому страшному человеку, а не выходит. Любопытство губит, толкает на опасный путь, сама не замечаю, как дерзко его изучаю.
— Запала? — насмешливо интересуется амбал, а после самым наглым образом подмигивает мне. — Скажи — покатаю.
— Что? — невольно переспрашиваю, опомнившись, представляю, на чем именно он предлагает покататься, нервно мотаю головой, яростно восклицаю: — Нет! Не надо ничего со мной делать!
— Ну как знаешь, — невозмутимо пожимает здоровенными плечами, впечатление, будто пиджак сейчас треснет, по швам разойдется на громадных ручищах. — Если захочешь, достаточно попросить.
— Ты о чем? — даже вилку из пальцев выпускаю, настолько крупная дрожь охватывает тело, полностью подчиняет и порабощает. — Я н-не…
— Зря дергаешься, — хмыкает, скалится, словно сытый хищник. — Не кусаюсь.
Ох. И почему я в этом сомневаюсь?
— Не бойся, — продолжает ровно. — Насиловать не стану. Бабы всегда под меня сами укладываются, без всякого принуждения.
Да. Верно. Не станет. Он ведь уже мною воспользовался. Причем дважды. Сперва затолкал свою багровую от похоти дубину в глотку до упора, потом навалился сверху и между ног вогнал. Лишь чудом помиловал, не стал доводить дело до конца. Сжалился.
Впрочем, женщины действительно могут вестись на эту груду мускулов. Взять хотя бы Лидку. Как одержимая на него вешалась, прямо бес в нее вселился и под этого жуткого мужика толкал.
Черт. Не важно. Что это меняет?
— Начали мы хреново, — заявляет громила небрежным тоном, потом вдруг подается вперед, четко под прицелом держит и усмехается. — Но это легко исправить.
Интересно — как? Стереть мне память?"
"Допускаю, что могла бы потянуться к нему, ощутить некое притяжение. Красивое лицо, спортивная фигура. Пусть я не падкая до подобного, глупо отрицать мощную энергетику, чарующий магнетизм, хищную власть этого кровожадного зверюги.
Только поздно. Ничего не изменить, не исправить. Не желаю иметь с ним никаких дел, особенно в таком ключе. Дождаться бы освобождения. Дотерпеть. И все. Бежать подальше, забыть как страшный сон.
