Автор
Катя выбирает "действие" в баре, где подруги обсуждают жестокие вопросы о ее прошлом сексуальных опытом. Она уклоняется от прямых вопросов и лжит из страха раскрыть, что она действительно не имеет опыта сексуального общения. В тот вечер кипит атмосфера жестоких подруг, но Катя решает быть честной....
— Ничего я не собиралась делать. Я узнала это случайно.
— Я в это должен поверить?
— Но это так. — я пожимаю плечом, хотя даже двигаться страшно, чтобы не спровоцировать этого монстра. — На мой честный ответ его реакция никак не меняется - остается такой же холодной, поэтому, я понимаю, что выбрала неправильный путь. Иногда честность не подходит.
Говорят, для того, чтобы звучало правдоподобно, нужно смешать хотя бы 10% правды с остальной ложью.
— На самом деле я просто вами интересовалась. — начинаю врать я, все еще глядя в сторону.
Я откашливаюсь, чувствуя, как в горле першит. Видимо, это особенность лживых слов. Нельзя же без последствий так вдохновленно врать. Даже ради спасения.
— Я правда на вас не в обиде. Вы ведь мне очень сильно нравитесь. Простите меня.
Я слышу смешок, а затем профессор опускает голову. Какое-то время я растерянно смотрю на его черные, блестящие волосы перед моим лицом и гадаю - он что, смеется?
— Значит, я тебе нравлюсь, Цветкова?
— Ага, но я... Ай! — я вскрикиваю, когда его рука сгребает мой хвост и внезапно резко дергает мою голову назад. Затем он снова смотрит на мое лицо, и я чувствую, как внутри ворочается дикий ужас от того, что просто даже не знаю, что от этого человека ожидать.
— Хорошо, Цветкова. — произносит он.
Это “хорошо” звучит очень странно с учетом того, с какой силой он держит мой хвост. Я думаю, что у меня останутся синяки, во-первых, на челюсти после его захвата, а во-вторых, выпадет часть моих волос, если раньше не сломается шея. У этого монстра не только характер стальной, но и сила запредельная.
— Хорошо, но только отпустите, мне боль...
Я осекаюсь, потому что как в замедленном действии он наклоняется к моему лицу. Затем я чувствую на губах его выдох и после - поцелуй, в котором тут же, без прелюдий, проскальзывает его язык мне в рот.
Мое тело цепенеет от шока.
Если бы профессор продолжил мучать меня - было бы не так страшно, как его интерес в таком плане.
Я, наконец, вздрагиваю и пытаюсь отстранить его, упираясь в его живот, но он не двигается вообще, а при следующей попытке нижняя губа вспыхивает обжигающей болью от укуса, и я чувствую, как этот монстр ,прервавшись на секунду, тихо произносит:
— Еще раз попробуешь так сделать - убью.
