Автор
В крохотном городке мир кажется маленьким и застывшим. Кисуль только что вернулся домой после тяжелого дня работы, жаждет наконец-то разуться и расслабиться перед ужином. Но острый зверский гром его пугает - внезапно он узнает, что его дочь пропала без вести после ночи с отцом, и теперь Кисуль будет всем, кто сможет помочь найти ее....
- Наверно, съела что-то не то. А вообще у нее такое было, когда она Маруську только носить начала. Все звонила мне и говорила, как ей плохо.
Я нахмурился, отпил глоток кофе.
- Она не может быть беременна, ты же знаешь. По крайней мере, не традиционным методом.
Сказал это, и тут же стало как-то неуютно. Сидим такие за завтраком, обсуждаем Еву в весьма интимном ключе. С другой стороны, надо было понимать - звать ли врача, или обойдется. Если это какой-нибудь ротавирус - надо питьевой режим соблюдать, а если обезвоживание стрясется - под капельницы.
Когда ты отец трехлетнего ребенка, и не такое изучил."
"- Знаю. Хотя, чем черт не шутит. Евка сама говорила, что иногда такое случается - сначала эко, а потом начинают сами беременеть и рожать.
Я вскинул брови и залпом допил остатки кофе. В принципе, в словах Быстрикова было здравое зерно. И ничто не мешало действительно купить тест и сделать его, чтобы убедиться в том, что чудес не бывает.
Ну, или бывают.
- Ладно, я снова в аптеку, а потом обратно, - уведомил Юру, поднимаясь из-за стола.
Меня охватило какое-то странное лихорадочное возбуждение. Когда вроде как уже поверил в то, чего сбыться не могло, но убеждал себя, что это глупости. А тем временем надежда зародилась и крепла с каждым мгновением.
- Давай, - кивнул Быстриков. - Я пока Маруське кашу сделаю, она вот-вот проснется.
Два часа до того момента, когда Лебедева выплыла из забытья и вновь взяла курс на уборную, я провел в состоянии крайней ажитации. Быстриков уехал по делам, я же успел за это время и поиграть в лошадку, когда младшая дочь чуть не вырвала у меня пару клоков волос.
- Крош… Я тут это… тесты на беременность купил. Три штуки. Надо бы сделать, - сказал Еве, когда ее прополоскало особенно сильно.
Она сначала нахмурилась, потом в темных глазах появилось что-то вроде враждебности.
- Не смешно, Андреев, - выдавила Ева и обессилено повисла на унитазе.
- Я и не смеюсь. Сделай, пожалуйста. Исключим залет, потом будем думать, какого врача тебе на подмогу вызвать.
- Это пройдет! - упрямо заявила Лебедева, на что я покачал головой.
- Пройдет-пройдет, но тест ты сделаешь.
Мы уперлись друг в друга взглядами. Несмотря на то, что Ева была явно вымотана, я видел, что она готова протестовать.
