Во-вторых, если я сейчас покину машину, и что-то пойдет не так, мне придется потратить еще один день, чтобы узнать, что именно. В-третьих, чем я буду заниматься до семнадцати сорока восьми? А в-четвертых, я просто не хочу никуда отсюда уходить.
Пока я сам себе дoказывал, почему мне непременно нужно остаться рядом с Полей, машина оcтановилась. Она останавливалась и раньше, поэтому я не сразу обратил внимание на то, что мы стоим. Но дверца, через которую мы входили, распахнулась, и усач, который управлял самодвижной каретой, гаркнул:
— Выгружаемся!
Я даже вздрогнул, так глубоко погрузился в размышления.
— Больные, на выход! — скомандовала Евгения Александровна. Насколько я понял, в их паре Полина отвечала за лечение, а её напарница — за дисциплину.
— Я не больной, — возразил я.
— Просто головой ударенный, — фыркнула, изогнув губы, Полина. Такая хорошенькая, когда улыбается! — Вам нужно пройти диагностику. У вас может быть сотрясение и даже ушиб мозга, и чем раньше будет поставлен диагноз, тем проще будет проходить лечение, — очень серьёзно добавила она. Убедительно. — Особенно, если это не первая черепно-мозговая травма в вашей жизни.
— Поверьте, ничего страшного со мной не случится. Что бы сегодня ни произошло, завтра я проснусь как новенький, — отмахнулся я. — Особенность у меня такая есть. Вот у вас еще никто на руках не умирал…
Обе лекарки и мужчина в униформе как по команде повернули головы налево и сказали «тьфу-тьфу-тьфу» и постучали по стенке машины.
— А я, вот, всегда в то же состояние возвращаюсь… — договорил я уже не столь уверенно. Мне тоже следовало повтoрить ритуал, или он только для посвящённых? Плюгавенький к этому моменту уже покинул машину, и я не мог видеть, участвует он или нет.
— Знаете, это временно, — возразила Полина.
— Очень на это надеюсь, — согласился с нею я.
— Вы идёте или нет?
— Поля, оставь его в покое. Не хочет идти — его дело, — уже спускаясь на землю, обернулась к нам Евгения Александровна. — Против воли быть здоровым не заставишь.
– Α зачем вы тогда сюда ехали? — недовольно выговаривала мне Полина, направляясь к выходу. — Некуда время убить в отпуске?
— В отпуске?.. Наверное, да. Можно сказать, что меня отпустили. — Я усмехнулся и последовал её примеру.
— И как отдыхается?
— Никак.
— Не умеете?
Мы выбрались из недр машины, и яркий солнечный свет слепил отвыкшие от него глаза.
— Честно говоря, раньше никогда не пробовал, — признался я. — Очень непривычные ощущения. И от этого… — я чуть не проговорился, что «мира», — но вовремя поправился: — города.
— Вы не местный? — удивилась Полина. Она осталась возле машины. Только потянулась, сделала несколько наклонов в стороны и поводила бёдрами. Возможно, это тоже какой-то тайный ритуал.
— Да.