– Держите меня! – крикнул он, упираясь в тюк плечами, а в пол ногами, словно живая распорка.
Двое полярников схватили за руки скрючившегося Андерса, помогая удерживать равновесие, и Майк почувствовал, что вездеход пошел быстрее. Один из спасшихся приник к узкому окошку в задней двери.
– Отстают! Они отстают! – с нервной радостью в голосе закричал он. – Мы отрываемся! Да!!!
Медведи упорно преследовали машину, но разрыв в дистанции всё возрастал, и они, издавая полный досады и неистовой злобы рёв, оказались вынуждены прекратить погоню. Их отступление было встречено истерично-восторженными криками. Кто-то сменил Андерса в качестве подпорки для затыкающего дыру тюка, и старый полярник, тяжело дыша, осел на пассажирское сиденье.
– Батлер! – Он хрипло выдохнул, расправляя затекшую спину. – Ты в порядке? Как там Перес?
– Без сознания. – Майк посмотрел на неестественно бледное лицо молодого полярника и невольно задрожал. Спустя секунду он понял, что дрожит от холода. – Мне холодно… ногу морозит сильно…
– Где?! – Андерс рывком слетел с сиденья и оказался рядом с ним. – Показывай!"
"Майк, стуча зубами, неуклюже перевернулся на бок и вытянул одеревеневшую от холода ногу, разглядывая исполосованную зубами мутанта пятку арктического сапога. Толстая синтетика внешнего покрытия была разорвана в нескольких местах, из образовавшихся дыр клочьями торчал утеплитель.
– Шина обогрева разорвана! – определил Андерс, оборачиваясь к остальным. – Кто-нибудь, подайте термопластырь! – Он схватил ногу Майка и уложил её к себе на колени: – Ногу чувствуешь?
– Не очень, – сглотнул тот. – Она очень сильно замерзла и словно деревянная… Плохо шевелится…
– Держись, приятель, это ещё не страшно! – успокоил его старый полярник. – Сейчас починим! – Он схватил переданную кем-то упаковку размером с небольшую подушку, извлек из неё рулон синтетической ткани с встроенным подогревом и принялся перематывать ею ногу Майкла, словно пеленал ребенка. – Потерпи пять минут, отогреется! Аккумулятора хватит часа на полтора, как почувствуешь, что снова стало холодно, – не снимай заплатку, с ней надежнее. До Реактора дотянешь, слава богу, сейчас не холодно!
Вскоре ноге стало легче, одеревенение прошло, но общее ощущение холода не отступало, дрожь то проходила, то начиналась вновь. Андерс заставил Майка сесть на сиденье, оторвать ноги от земли и сгибать-разгибать их до тех пор, пока хватит сил, чтобы повысить кровообращение. Сказать, что от этого ему потеплело, было бы преувеличением, однако старый полярник заявил, что без активности кровоток замедляется и потому замерзаешь быстрее. Сам Андерс всю дорогу суетился вокруг Переса и с каждой минутой выглядел всё более и более хмуро.