– Они не мои почитатели! – возмутился Майк, но был вынужден сбавить тон, громкий возглас болезненно отдавался в голове. – Они деградировавшие дикари, практикующие каннибализм! Я не виноват, что эти идиоты никогда не видели человека с черным цветом кожи.
– Нам повезло, что горящих стрел они тоже никогда не видели, – философски заметил варвар. – Иначе отбить тебя так просто не позволили бы. Кабы не было лицо твоё черно – съели бы сразу, не мешкая. Я ведь тебя поздно хватился. Расчистил сани, поставил парус, уложил пожитки, глядь – а тебя нет. Вот и пошел искать. Зашёл в горные отроги, там следы дорогих хозяев и увидел. Хорошо, что лук всегда с собой, не стал оставлять, хоть на холоде лютом из него и не выстрелить. Подумал, мало ли что, авось сгодится. Вот он, родимый, и сгодился, стрелы-то от лавы быстро вспыхивают. Только подходить к ней горячо шибко.
Косматый громила убедился, что небольшой костерок горит правильно и не потухнет, встал и направился к лежащей неподалеку куче барахла. Приглядевшись, Майк понял, что смотрит на обломки буера, сложенные вместе с походными тюками. Видимо, варвар пришел в сознание гораздо раньше Майка, успел собрать всё, что уцелело после крушения, и сложил это неподалеку от места падения. Буер разбился в десятке шагов дальше, Майк хорошо видел несколько обломков каких-то деревянных направляющих, валяющихся посреди груды ледяного крошева. Место крушения располагалось у подножия отвесной ледниковой стены, рассеченной глубокой пологой трещиной, уходящей куда-то вдаль и вверх. В настоящее время трещина была забита пробкой из застрявших поперек ледяных обломков и многотонных объемов снежной массы, скатившихся с поверхности. Судя по тому, где именно трещина выходила в котловину, Майку пришлось упасть с высоты почти четырех ярдов. Толстое арктическое снаряжение частично погасило удар, но избежать легкого сотрясения мозга всё-таки не удалось. Но самое ужасное заключалось в том, что он оказался на дне двухсотметровой расщелины посреди мирового ледника, и никто не придет к нему на помощь!
– Головокружение прошло? – Головорез вытащил из кучи пожитков мешок, вернулся к костерку и достал котелок. – Потрапезничать сможешь? – Он извлек из мешка завернутый в чистую тряпицу кусок походной каши, бросил его в котелок и поставил разогреваться. – Поесть тебе надобно, чтоб силы восстановить. Пока трапезничать будешь, я тебе травы целебной заварю, сразу полегчает.
– Что же делать?! – горестно воскликнул Майк. Они обречены, а этот примитивный варвар пытается пихнуть ему свою идиотскую кашу. – Нам не выбраться! Мы останемся здесь навсегда!"
"– Зачем же навсегда? – удивился головорез.