Хилари умерла, её тело лежало в одном из неотапливаемых конференц-залов, превращенных сообществом в морг, и кормить Майка было некому. В Бюро бушевал голод, еды катастрофически не хватало, и обессилевшие люди берегли каждую кроху для себя либо для своих близких. Накормить Майка никто не захотел, пришлось идти к Дорну. Сперва Майк решил, что лучше попросит каши у варвара, чем явится на поклон к неуравновешенному инвалиду, возомнившему себя директором Полярного Бюро и по совместительству маленьким местным фюрером, но головореза в офисе не оказалось. Его тюков с едой Майку найти не удалось, хоть он и обыскал всё помещение. Наверняка русский шпион завербовал Дорна, и они спрятали еду специально, чтобы лишить Майка самостоятельности. Обходиться без пищи вторые сутки оказалось слишком тяжело, и Майку пришлось пойти на компромисс со своим достоинством. Он решил, что ради еды сделает вид, что во всём согласен с Дорном, но потом всё равно продолжит своё правое дело. Майк пошел искать мистера «Отмороженные мозги», но не смог найти и его. Никто не знал, куда делся Дорн, а о появлении варвара и вовсе почти никто не был в курсе. В какой-то момент Майк подумал, а не сбежал ли подлый предатель к русским в Сибирь. Чтобы проверить страшную догадку, он даже рискнул выйти на улицу, чтобы расспросить часового.
– Не маячь перед входом, Батлер! – раздался голос Дорна, едва Майк выбрался наружу. Именно он и оказался часовым. – Рискуешь получить пулю, такое уже бывало. Теперь, когда нас мало, Гангстеры осмелели и подходят совсем близко. К счастью, их тоже стало гораздо меньше. Иди сюда, быстро! Укройся за тем обломком, но ко мне не лезь, выдашь пост, если за нами следят! Чего тебе?
– Я пытался найти что-нибудь поесть, – признался Майк, прячась в указанное место. – Но не нашел, где теперь выдают продукты, везде пусто и никого нет. Я не ел два дня, я голоден…
– Я тоже! – тихо фыркнул Дорн. – Тут все голодны, Батлер! Еды нет, мы раздаем остатки крупы со склада по одному стакану в сутки на трех человек. Но даже так запасов хватит дней на десять-двенадцать, в зависимости от того, сколько народа отдаст богу души за это время. Позавчера поисковый отряд смог добраться до склада супермаркета на углу Седьмой авеню и Тридцать четвертой улицы. Парни зарылись почти на десять метров в снег, их пришлось вытаскивать наверх тросами, но склады супермаркета оказались разграблены. Найти удалось лишь несколько заледеневших кругов сыра и штук сто консервов россыпью. Банки полопались, но содержимое всё равно замерзло, так что мы пустили их в дело.